Звезда Давида

Голову она опустила и ответила только после паузы:

– А что я могу сказать тебе? Люди часто наговаривают. Я ведь одна тут нерусская. Если б я что-то могла, то не терпела бы этого Хромея. А приходится.

– А рану мою лечила? Я помню, как быстро ты облегчила мне боль.

– Так разве это колдовство? Это могут многие. Да и женщины часто вспоминают, что в каждой деревне имеются одна или две бабки, что умеют оказать помощь людям в их хворях. Это обычно.

– Да, ты права, – согласился Егор, но сомнения остались.

Глава 5

Прошла середина зимы.

Дни стали длиннее, в людях возродилась надежда. Все только и говорили о скором уходе из этих мест, где каждый день ждали нападения монголов. Голодное существование всем порядком осточертело, поэтому большая часть разговоров касалась еды. А её оставалось совсем мало. Приходилось всё чаще посылать отряды на поиски отар овец. Это приводило к потерям людей, но отказаться от грабежа ближних сёл было невозможно. И сейчас отряд в одиннадцать человек под командой сотника Богдана выехал кружным путём на восход и углубился в степи, покрытые тонким слоем снега.

– Ребята, – окликнул Богдан своих воинов, – идём длинной цепью. На пригорки взбираемся осторожно и оглядываем степь. Быть внимательными.

Два дня ничего узреть не удавалось. Слегка вьюжило, горизонт не просматривался дальше версты, а что можно высмотреть с такого расстояния?

Лишь к концу третьего дня, когда лёгкий снежок перестал сыпать и ветер поутих, разведка донесла, что верстах в двух виднеются несколько юрт и живность.

– Осмотримся и решим, что можно сделать, – распорядился Богдан. – Егорка, мотай на горб и понаблюдай, что там делается, много ли народа. Не озоруй.

Егор поскакал к видневшемуся впереди горбу. Перед ним слез с коня, пустил того попастись на сухой траве, сам осторожно выполз на горб, скрываясь за стеблями вымороженного кустарника. Перед ним лежала голая степь. Неподалёку виднелись пять юрт с загоном для овец. У коновязи стояли кони, сёдел на них он не заметил.

Егор полежал на горбе с полчаса, увидел, как трое чабанов укрепляют загон. Готовятся к ночёвке, ночью обязательно выставят охрану – волки шастают стаями. Вернувшись, высказал своё мнение:

– Думаю, Богдан, что там человек двадцать. Пять юрт ведь. Женщин не видать. Насчитал тринадцать коней. Стало быть, столько и людей. Ни одной арбы я не заметил. Хорошо бы отбить отару. Там будет сотни три овец. Вот только собаки…

– Собак надо перестрелять стрелами.