Война Кланов. Медведь 2

Вот и меня дома ждет мама. Колет в сердце, и я слышу голос: «Она тебя ждет не таким!»

Они всего лишь пища

– А где Максим? – я стараюсь прогнать тяжелые мысли.

– Да вон залез под машину. Чего-то подкручивает, – отвечает охотница. Её глаза всё также задумчиво смотрят вдаль.

– Что-то чуете?

– Беду чую, Жень. Большую беду, по сравнению с которой наши драки лишь детской возней в песочнице покажутся.

Мимо проходят двое широкоплечих мужчин, и охотница на время замолкает. Она провожает их взглядом, мужчины садятся в заведенную темнозеленую «десятку» и тонированные стекла закрывают их от людей на стоянке.

– Теть Маш, от этих, что ли беда придет? – я киваю на отъезжающую «десятку».

– Нет, Жень, не от этих. Я чую, что Юля недалеко от Ульяны находится. Пока ты в лесу спал, сон меня тоже сморил на десять минут, вот и увидела я, что дочь Пастыря набирает кровь из детского пальчика. Нам бы поторопиться нужно.

– Так это всего лишь сон, теть Маш, долго думали об этом, вот и приснилось. Мне тоже пару раз снилось, что я не сдам диплом.

К нам приближается водитель «Камаза», ворот клетчатой рубашки распахнут, на волосатой груди блестят капельки пота. Он утирает рукавом вспотевший лоб.

– Заставили четыре стакана чая с ними выпить, вот же черти. Теперь останавливаться буду через каждые пять километров, – улыбается он нашим взглядам. – Давно с ребятами не виделся, то я в рейсе, то они на дальнобой ушли.

– Тут я. Соскучился что ли? – вылезает из-под кабины напарник. – Сцепление у нас барахлит, до точки дотянем, а дальше на капремонт придется вставать.

– По тебе соскучишься. Сейчас с Серегой Тимофеевым разговаривал, так он рассказывал, что на дороге появились новая «гопота», их на все «пожарные» обули. Говорил, что ставят под стволы и шманают всё подряд, так что доставай помповик, не дай Бог пригодится, – отвечает Андрей и поворачивается к нам.

Мы переглядываемся с охотницей, та пожимает плечами, мол, всё одно на чём добираться. Она кивает водителям.

– Мы едем с вами, на переправе коней не меняют.

– Тут ехать-то осталось всего ничего, может быть и прорвемся, – утешает Андрей.

С нашим везением только и оставалось надеяться на этот прорыв! Я усмехаюсь своим мыслям, когда залезаю в кабину.