Альвенон. Марко: Серый Страж

Наблюдение я произвел, что у нас там дальше по списку? Эксперимент? Хотя мне бы сейчас абстрагирование больше подошло.

Я прошелся по поляне, утолил жажду посредством эксперимента над ручьем и решил замахнуться на применение этого метода к лесу вокруг. Найдя что-то, напоминающее тропу, побрел в направлении… Куда-то. Мха нет, солнце в зените, остается только довериться тропе и надеяться, что здесь не водятся медведи. Или волки. Или… Всё, стоп. Зря, конечно, таблетки перестал принимать.

Спустя минут сорок, если быть точным, то почти сорок пять (часы-то при мне), ваш покорный слуга вышел на другую такую же поляну.

Остовы костров, заготовка дров в небольшой землянке, следы от колес. Это место явно было временно-обитаемым, здесь частенько были люди, останавливались на ночлег. Я уже представляю себе картину, почему-то средневековую, хотя свой походный опыт имеется, и немалый: в центре поляны горит костер, сидят люди, готовят походную еду, тихонько поют песни, вокруг расставлены палатки или лежат спальники, все это, по возможности, огорожено телегами, на которых сюда и приехали, в уголке овес жуют стреноженные кони, отошедшего по естественной необходимости сожрали волки, так что на ночь теперь будут выставлять караул… Тьфу.

Был вариант сидеть здесь и дождаться очередных посетителей, но у него был один существенный минус – смерть от голода, если никто не появится в течение недели. Да и что я им скажу? Есть стойкое ощущение, что не говорят местные обитатели, ни по сербски, ни по-русски, ни даже по-английски.

Спустя несколько минут, выбрался на тракт. Ага. Ну не могу я это произведение архитектуры назвать дорогой. Здесь ориентиров тоже не было, так что идем направо. Нормальные мужики налево не ходят.

Без приключений обошлось буквально пол часа. Но оно и логично, если кого-то и ждать, то недалеко от стоянки. Передо мной на дорогу вышли трое. И самое важное, что таблетки, видимо, нужно было пить, потому что одеты они были в совершенно обычную… средневековую одежду. Мда.

– Isinakam apsusim ukat qullqi katuyanamawa! – произнес самый здоровый.

Все краше и краше, языка я такого не знаю, как и предполагалось.