Битва в кальсонах

 – Но не слишком горячась!

– Мысль, как и месть, подают холодной. И они во многом связаны. Ведь вначале мы всегда внутренне протестуем, – усмехнулся он над Ганимедом. – И лишь потом, пересмотрев события, понимаем то, что были во многом виноваты сами. Поэтому многие вещи мы можем понять, лишь отдалившись от реальных событий.

– В пространстве?

– А порою – и во времени, – усмехнулся Ганимед, с упрёком почесав затылок.

– Мысли людей – это производное их опыта. Это их месть на чуждую им неадекватную реакцию другого, поданную на их рассмотрение, на их суд, выступая перед ними как полномочный представитель всеобщих ценностей.

Но в той форме, которая в данный момент для нас наиболее выгодна. Чтобы мы могли заручиться их поддержкой.

– И всеобщие ценности смогли не только оправдать, но и – поддержать тебя?

– И так делает каждый.

– Каждый? – не поверила Креуса, посмотрев на Ганимеда.

– Мы все поворачиваем для себя ситуацию таким боком, который для нас сейчас наиболее выгоден, – подмигнул ей Ганеша.

 – Поэтому в любом действии и в любой мысли, взятой как момент взаимодействия и общения, изначально заложен правовой момент.

– То есть любой, подвергающий сомнению твоё действие или мысль, есть прокурор, – поняла Елена.

– А всеобщие ценности – твой адвокат? – улыбнулась ему Креуса.

– А ты, то есть твой разум – тот самый Судья?

– Ты, отчужденный от себя. Судья, ставший – через отчуждение – выше тебя и других, их мыслей и поведения. Поэтому если поведение и мысли других и можно использовать, то лишь как тренажер.

Чтобы начать видеть себя со стороны.

– Со стороны всеобщих ценностей! – просияла Елена.

– Научившись от себя отстраняться, отчуждаться. До тех пор, пока ты не начнёшь мыслить самостоятельно, – улыбнулся ей Ганеша. – Поэтому я и называю свой (чуждый мне и другим) разум – Аполлон.

А Ганимед снова отвёл его в поисках туалета и стал жаловаться на то, что с Креусой у него опять не клеится:

– Я понимаю, что ты пригласил меня снова в качестве клоуна, но юмор – штука дорогая!

– Я-то тут причём? – не понял Ганеша, осматриваясь по сторонам: «Не видят ли девушки?» – Как я смогу заставить Креусу переключиться на тебя? Это слишком интимно.

Ты должен её заинтриговать, а не изображать из себя клоуна.

– Но как ты это с ними делаешь? – озадачился Ганимед.

– Запомни, тело девушки – это всего лишь вещь среди вещей. А вещь – понятие динамическое, – расстегнул Ганеша ширинку.