Битва в кальсонах

– И чего же Он хочет? – усмехнулся Херкле, не веря во всю эту чушь.

– Всего! И умеет это делать. Через таких, как я. Творцом Вселенной нельзя стать. Можно лишь быть Им Избранным.

– Так это секта? – усмехнулся над ним Херкле.

– Ага, размером с вселенную. Закрытая от обывателей секта Высшего Разума, который тебе пока ещё недоступен. Нет в тебе потенциала Творца, к сожалению. Но ничего, я над тобой ещё поработаю, – хлопнул он Херкле по плечу. Давая понять, что теперь и над ним распростёрта длань Божья.

Неслышно заструились по полу едва различимые струи усыпляющего газа, который стал медленно подыматься, рассеиваясь по камере и постепенно сдавливая дыхание.

И все трое отправились в астральных телах на попутном Челноке из невидимой глазу материи по указанным в деле координатам.

Это была одна из самых заурядных планет, куда смывали через «унитаз» правосудия весь интеллектуальный мусор на периферию галактики. На свалку сломанных – морально – игрушек. Периодически обнуляя цивилизацию этой планеты, как только те активно начинали строить космические корабли и колонизировать ближайшие планеты.

– Пока однажды на данную планету не прибыл бог Ганеша? – усмехнулась над ним Елена. – Тогда почему тебе дали прозвище Аполлон?

– Это не прозвище, это мой высший принцип!

– Я тоже хочу обрести свой высший принцип! – пошла в атаку Елена.

– Отстраняться и обрабатывать каждую ситуацию отдельно, – посмотрел Ганеша на Елену и Креусу, отдельно подмигнув каждой.

– Это легко только на словах, – не сдавалась Елена, не желая уже терять инициативу. – Потому что каждый склоняет чашу весов на свою сторону и приводит свои аргументы, с которыми очень тяжело не согласиться. Ведь через взаимодействие с другим ты начинаешь видеть вещи, исходя из его опыта.

– Твои мысли есть производное твоего опыта, который нужно постоянно пересматривать, – улыбнулся Ганеша, посмотрев на Ганимеда. – Но и не вовлекаясь эмоционально в тот негатив, в который другие пытаются тебя вовлечь в силу своей не вполне адекватной реакции на ситуацию.

– Куй железо, пока горячо! – усмехнулся Ганимед, вспомнив оплеуху Елены.