Экзекутор

Женщина вошла в ларек и погрузилась в работу. Люди шли, заказывали, платили, она отдавала товар, отсчитывала сдачу. Принимала товар, расплачивалась и записывала. Галина несколько раз ловила себя на том, что выглядывает из окошечка и старается найти взглядом бездомного. Его нигде не было – ни на бетонной плите, ни у ограды. Червячок вины за свою несдержанность глодал её изнутри.

– Сереж, как дела в школе? – Галина подождала, пока сын расскажет новости, и потом задала интересующий вопрос: – Слушай, а ты сегодня не видел своего знакомого… как его… Игоря?

– Нет, мам, не видел.

Галина взъерошила мягкие волосы сына, чмокнула его в лоб, отчего он зажмурился и попытался вырваться.

– Нет, не нужно. Делай уроки. Я тебя пока закрою и схожу до столовой.

Кирилл наблюдал и потирал руки. Теперь остался ход охраны. Петрович не должен подвести, он и так маячил раз в полчаса у ларька Галины.

День прошел спокойно. Галина так и не увидела оскорбленного бродягу и решила про себя, что и черт с ним. Вот ещё, о всяком бомже беспокоиться! Да любой на её месте поступил бы так же! Она взяла сына за руку и почти вышла с территории рынка, когда внезапно остановилась у домика охраны. Галина и сама не могла сказать, почему она туда пошла. Или червячок вины сделал своё дело, или же все-таки она решила до конца выжить этого бродягу…

– Подожди меня здесь! Я быстро. – Галина передала сыну пакет с продуктами и зашла в домик.

– Привет, Петрович! – поздоровалась женщина с пожилым мужчиной в черной форме.

– А, Галиночка! Привет-привет! Ну как ты? За лыцаря ещё замуж не вышла? – Петрович улыбнулся так широко, что морщинки превратили лицо в печеное яблочко.

– За какого «лыцаря»? Ты о чем, Петрович? – недоуменно посмотрела на него женщина.

Теперь пришла очередь удивляться охраннику. Кирилл даже похлопал, глядя на актерскую игру Петровича. Эх, такой талант пропадает!

– Дык ты чё, ничего не знаешь, штоль?

– Чего я не знаю, Петрович? Рассказывай, не томи.

– Дык это… Игорь-то. Бомж местный. Я о нем. Он же возле твоей палатки, как пес, по ночам ходил. Всё охранял. Даже спал на ступеньках. Я, было, прогнать собрался, а он мне так душевно и выдал: мол, не гони, батя. Влюбился, грит, в хозяйку ларька, а подойти боюсь.