Экзекутор

Галина за десять метров учуяла запах экскрементов. Пахло так, что на глаза навернулись слезы. Мужчина отрицательно покачал головой и открыл, было, рот, но женщина уже подняла с земли обломок кирпича. Бродяга выставил вперед руки, как делают дети, когда на них кто-то нападает. Ладони были неожиданно чистыми, Галина же думала, что они у него чернее, чем у негра. Этот жест беспомощности взбесил её ещё больше. Такой же жалкий, бесполезный козел, как и её бывший муж…

– Проваливай отсюда, сволота позорная! Чтобы ноги твоей здесь больше не было! – кричала женщина на присевшего мужчину.

Тот покорно кивнул и начал подниматься с земли, не отрывая от неё глаз. Этот виновато-собачий взгляд переполнил чашу терпения, и женщина метнула оружие пролетариата. Острый край кирпича вонзился в скулу, отчего голова мужчины мотнулась назад. На грязной коже выступила алая кровь. Бродяга прижал ладонь к щеке и быстрыми шагами скрылся между палаток. Даже не ойкнул, засранец…

Кирилл чуть присвистнул. Это в планы не входило, но эмоциональный фон рассчитал как нельзя лучше.

Галину трясло. Бомж ушел, а запах экскрементов никуда не делся. За ларьком она нашла испачканную тряпку, от которой шел отвратительный запах. Женщина с омерзением кинула влажную ветошь в пакет и зашвырнула его в мусорный бак. Но долго ещё казалось, что запах витает в воздухе. Даже Сережка, когда пришел после школы, наморщил нос и постарался смыться как можно быстрее.

В этот вечер Галина не видела бродягу у забора.

Показатель изменился ещё сильнее. Теперь в углу планшета виднелось:

3/5

Людмила пыталась развеять грусть мужа, но тот ерошил волосы и рассчитывал только на ночной ход плана. Бомж Игорь был против такого поворота, но Кириллу всё-таки удалось его убедить в необходимости небольшой жертвы. Пришлось даже задействовать знакомого врача, который недавно выписывал бюллетень. План претворялся в жизнь.

Если всё рассчитано верно, то вечером завтрашнего дня Кирилл должен был увидеть сообщение от «L.

Следующим утром женщина не увидела привычную картину у своего ларька. «Прогнала?» – кольнуло под сердцем. Она не знала, радоваться этому событию или огорчаться. С одной стороны, он портил ей торговлю тем, что ошивался неподалеку и отпугивал клиентуру своим замызганным видом. С другой стороны… привыкла она к нему, что ли?

Даже толстый картон не лежал на ступеньках.