Система шести

– Заткнись! Я сказал сжечь! Или хочешь присоединиться к нему?! – вскипел Арниус.

Еле живой карлик подошёл к телу, с трудом взвалил его на спину и, кряхтя, покинул комнату.

– Думаешь, что все позади, избранный? Ну-ну, – улыбнулся Арниус и снова постелил покрывало на кресло.

***

Я и мои друзья шагали по плохо утоптанной тропинке на восток.

Ларзук подружился с Васисом, они шли впереди и о чем-то беседовали. Я, Гесмус и Лина шагали сзади, но, в отличие от впередиидущих, молчали. Первым тишину нарушил Гесмус.

– Нам точно на восток? – спросил он.

– Я же рассказал вам про свой шрам, так куда же еще? – недовольно ответил я.

– Извини, я так просто спросил, – смутился циклоп.

– А как ты жил раньше, Гесмус? – сменила тему Лина.

– Ну, когда жил ещё в ином мире, был рабом. Рыл вместе с остальными орошающие каналы в пустынной местности, для рисовых полей. Ну а потом был побег, неудачный, правда, меня догнали, последнее, что помню, торчащую стрелу в шее. Далее Третий мир, храм, и лагерь дровосеков.

Я всё ещё считал себя виноватым в смерти Регаса и тоже опустил голову.

– Прости ещё раз, Гесмус, если бы не я… – сказал я.

– Прекрати, Лекс, мы уже обсуждали это, – ответил циклоп.

Наконец, Лина не вытерпела.

– А причем здесь ты, Лекс? Ты что, убил кого-то? Расскажи, – спросила она, задев за живое.

– Лин, давай я потом всё расскажу, не хочу прошлое ворошить, – отказал я.

Девушка фыркнула, дав понять, что обиделась и ускорила шаг, догнав Васиса с Ларзуком. Я вздохнул и ударил себя по лбу ладонью.

– Что, нравится? – спросил Гесмус.

– Нет, я так… – не успел договорить я.

– Да ладно! У тебя всё на лице написано, – улыбнулся Гесмус.

– Ну да… – ещё глубже и безнадежнее вздохнул я.

Гесмус приблизился ко мне.

– Не трусь. Тем более, я слышал, что эльфийки – горячие штучки, – шепнул он, после чего рассмеялся.

Я тоже засмеялся и в шутку толкнул локтем циклопа.

Во время пути мы не раз делали привал, чтобы перекусить и отдохнуть. Но всё равно под вечер, ноги отказывались идти дальше, а желудок начал переваривать сам себя, при этом недовольно урча.

– Всё! Я больше не могу, – уселась на высохшую траву Лина.

Васис незамедлительно последовал ее примеру. Я и сам устал, но старался не показывать этого, чтобы не обольщать на остановку других. Но, в конце концов, я не железный.