Путешествие Гнева

Я даже стал ощущать себя не механикусом, а каким?нибудь наемным убийцей или злобным лиходеем, которых в нашем городе водилось предостаточно.

– Мы от кого?то скрываемся? – пытаясь наладить общение, поинтересовался я.

– А если и так, то что? – пробурчал циклоп и замолк.

«Да, такого собеседника врагу не пожелаешь», – подумал я, с удивлением осматривая окрестности. В здешних трущобах я оказался впервые, и, если бы мне кто?то сказал, что я до сих пор нахожусь в Плакте, я ни за что бы ни поверил. Сейчас меня окружал совершенно другой город.

– Здесь, наверное, живут горные тролли? – предположил я, предприняв вторую попытку завязать разговор.

– Нет. – Циклоп покосился на пустые глазницы окон и, поморщившись, добавил: – Здесь живут йотуны. Хотя, по мне, это одно и тоже. – Сплюнув, Юк ускорил шаг и в конце улицы резко свернул за угол.

Я не раз слышал об этих отвратительных порождениях Грязного пара. Если им дать волю, они способны на любые злодеяния, вплоть до душегубства. Поэтому в большинстве случаев блюстители, охранявшие покой города, выделяли этим существам крохотную огороженную территорию и пристально следили за их поведением. Правда, судя по тому пути, что мы проделали от дома Клевера до проулка «Восьми копыт», резервация у этого народца была не такой уж маленькой. Никогда не думал, что наш город является пристанищем для этих мерзких тварей.

Йотуны не очень любили дневной свет и появлялись на улицах только с закатом, первым делом начиная повсюду наводить беспорядок. Те, кого родил Грязный пар, терпеть не могли чистоту и упорядоченность. Но, главное, они не выносили огонь, и именно по этой причине газовые фонари здесь всегда были в неисправном виде. А еще мне рассказывали, что йотуны сильно топочут при ходьбе. Видимо, по этой причине камни мостовой лежали расколотыми, будто яичная скорлупа.

Мои рассуждения на этот счет оборвались внезапно и бесповоротно, когда я неожиданно налетел на мощную спину циклопа.

– Пожалуй, хватит, – заявил Юк, а затем, развернувшись на месте, схватил меня за руки. Его лапища легко обмотала вокруг моих запястий тугую веревку, а глаза скрыла непроницаемая пелена. Я был настолько обескуражен, что даже не сразу сообразил, что меня спеленали, как пленника, нацепив на голову какой?то вонючий старый мешок.