Камарад

– Н-да, – только и нашелся, что ответить я.

– Вот тебе и н-да, – сел на бор БТРа Петрович. – Почему же из КПВТ, это крупнокалиберный пулемет Владимирова танковый, специально для таких как ты, непросвещенных, стрелять не вышло. Неужели прав Борька оказался и все дело в начальной скорости пули, каких-то там математико-химических и физических свойствах?! А сейчас это дело входит в норму и… полный же трындец будет!

– Почему трындец? – поинтересовался я.

– Да этого оружия жопой ешь! Оно для любого доступно! Считалось хламом и грудой железа, а теперь стрелять начнет! Ты представь, если сюда банда на танке явится!

– Надо весточки в другие поселения слать и пусть они вооружаются.

– А ты прав! Нет соляры, нет движухи! А письмеца разослать необходимо! Ты в какую сторону путь держишь?

– Прибалтика, – коротко ответил я. – От заказа отказаться не могу и дней десять в пути буду.

– На обратной дороге обязательно заскакивай, – задумчиво и лаково погладил Петрович броню БТРа.

– Заскочу, а сейчас времени нет на разговоры. Мне нужны шмотки, масло для движка и патроны.

– Пистолетных скока хошь дам! – махнул рукой Петрович. – А вот от калашей и крупнокалиберных пулеметов не проси, самим мало!

Вот жук! У него и автоматы припрятаны. Впрочем, главы таких поселений все запасливые, что те хорьки! Не удивлюсь, если тут где-то и танк с истребителем стоят! Пока-то они груда металла, но завтра все может поменяться.

На складе прямо битву целую выдержал, когда джинсы себе и Вики выцыганивал. Ну никак Петрович не хотел давать по две пары.

– Хрен с тобой Кир, знаю тебя давно, но для какой-то девки, давать шмотки такого качества, извини, но я за эти штаны золотом могу получить!

– Еще скажи по весу! – фыркнул я.

– Может и наступит то время, когда и по весу, – кивнул он головой.

Полчаса уговаривал, УАЗы припомнил, какие новости принес – уболтал! Затарился и меня даже соблаговолили подвезти до речки, откуда до Камарада рукой подать.

– Ну, бывай Борода! – пожал я руку водиле на прощанье, который переложил калаш на пассажирское сиденье.

Да, автоматы исправно работают, но мне даже за золото не продали, как не уговаривал. Петрович сказал, что два десятка это слезы и разбрасываться ими он не намерен.

– Пока, Камарад, – усмехнулся Борода и лихо запрыгал на своем «козлике» по кочкам.