Отголоски жаркого лета, или Юность в стране застоя

А затем ещё долго кружили по двору, гремя цепями, и возбуждённо потявкивая. Дворовые псы отрабатывали свой хлеб, и заодно боролись со скукой.

Остановившись у клуба, Серёжка восстановил дыхание, и нерешительно замер. Когда он бежал, то не думал о том, нужен ли он здесь вообще, придёт ли на танцы Ирина? Но сейчас его раздирали сомнения. И самым главным было: а посмотрит ли она вообще в его сторону? Да и врождённая стеснительность сковывала мышцы, лишала одеревеневшие губы красноречия.

«Замахнулся, бей!», – вспомнил он слова брата и решительно открыл клубную дверь.

Стоявшие у сцены мощные киношные колонки хрипло выбрасывали в зал ритмичные звуки зажигательной музыки.

– Я готов целовать песок, по которому ты ходила! – оглушительно кричали они.

Серёжка скромно прислонился к стенке и огляделся. На него никто не обращал внимания. Несколько раз обежал взглядом зал. Всё вокруг, как-то враз стало скучно и неинтересно, а музыка бухала по ушам противно и неприветливо. Иринки нигде не было.

– Тебе, Котяра, никак неймётся? – услышал он противный голос.

Музыка закончилась, и его присутствие было обнаружено повалившим на перекур народом. Вернее одним из его представителей. Паренька звали Сявый. Это был мелкий неприятного вида шкет, ещё в первом классе искуривший свой букварь. Про таких говорят маленьким детям,– «Будешь курить, вырастешь таким же как этот мальчик».

– Да пошёл ты в пень махровый, шоха семенюрская! – неожиданно для себя очень складно выругался Серёжка.

Сявый испуганно попятился назад.

– Ну, ты блин совсем оборзел, ну погоди, Юрча тебе всё припомнит! – зачастил он при этом прокуренным голосом.

– А где этот подранок, – непонятная злость распирала Серёжкины лёгкие, и требовала выхода, – раны зализывает? Так ты с собой его прихвати, пока я ему ещё не добавил! Будете у меня шавки позорные всю жизнь на лекарства работать!

Сявый испарился, а Сергей поймал на себе чей-то насмешливый взгляд. Он смело взглянул в ответ, и весь мир, провалился в тар-та-ра-ры.

– И где же ты был? – спросила, подойдя вплотную девушка. – Ко мне уже три кавалера в провожатые напросились.

– А ты? – едва слышно прошептали непослушные губы.

– Девушкам нравиться, когда за ними ухаживают, – двусмысленно ответила она.