Призрачная пуля

Видимо, чем-то я прогневил госпожу-удачу, повернувшуюся ко мне своим необъятным задом. Хотя… жизнь в забытом Богом, прокуренном заводскими трубами Чикагинске удачной нельзя назвать не при каком раскладе.

Я лишь надеялся на то, что раз мне не повезло в карты – то непременно повезет в любви! Достаточно не испугать это везение неосторожным поступком. Лучше всего – завалиться в кресло, потягивая коньяк, в ожидании.

– Если ты не умеешь обращаться с деньгами – можешь, хотя бы приходить пораньше? Чтобы клиенты тебя дожидались?

– Зачем? – снова пожал я плечами.

 – Пришлось бы выслушивать очередного нытика. А так я заполучил отличную вещь, которую можно недурно замотать! Отмечу – заполучил совершенно бесплатно, без малейших усилий! Вот бы так каждое утро в обед начиналось!

– Он вернется, – с металлическими нотками в голосе произнесла Даша.

– Ой, брось, – отмахнулся я. – Готов поспорить на последнюю трешку, что он уже мертв!

– У тебя нет трешки, – заметила девушка.

– Согласен, – кивнул я. – У меня – нету. Зато у тебя есть! К тому же, я ничем не рискую! Он не вернется!

– Вернется, – повторила секретарша.

Наш спор прервал громкий стук в дверь. Неужто, мой острый ум и моя интуиция подвели меня? Неужто, клиент вернулся за своей тростью? Это могло означать лишь одно – час "Х" был назначен не на сегодня!

Надеясь, что час "Х" приходится, все же, на нынешний день, достаточно говеный, чтобы умереть, но ближе к вечеру, я поспешно спрятал трость в угол за несгораемым шкафом и жестом велел помощнице встретить посетителя.

– Нужно было поспорить, – буркнула она, удаляясь.

Отвлекшись на восхитительный зад Даши, я не успел сделать и пары глотков янтарного пойла, смазывая шестеренки в своем мозгу, очевидно, начавшие ржаветь от скопившегося в голове пота, как секретарша вернулась вместе с мужчиной лет тридцати пяти, в светлом костюме из тонкой ткани, какие любят колхозники, в круглой соломенной шляпе с черной лентой, узких, как глаза у китайца, очках.

Гость подволакивал при ходьбе левую ногу, что убило последние сомнения – именно он забыл трость в моем кабинете.

– Доктор Ливингстон, я полагаю? – улыбнулся вошедший, протягивая руку.

– Что? – нахмурился я. – Какой еще, к черту, доктор Ливингстон? Котов моя фамилия.

– Так, милейший, проехали, – произнес посетитель после секундного замешательства. – Меня зовут Комаров.