Золото острова Аскольд

– Алекс, – однажды после занятий, сделавшись бледным, обратился к Алексею Фонберн. – Мы с тобой конечно же друзья, но как порядочный человек ты должен понимать, что в делах амурных побеждает любовь. Мы с Сонечкой любим друг друга, и я прошу тебя не оказывать ей знаков внимания определённого толка и отойти в сторону.

– Она тебе сама об этом сказала? – Кублинский был не на шутку удивлён.

– На этот счёт я имею своё мнение, – поджал губы молодой барон.

– Ну, так я его имею не хуже твоего, – воспротивился Алексей вопиющей несправедливости.

– Лёшенька, – обжигал шею шёпот девичьих губ. – Любимый. Я вся твоя.

И так бы оно и было, если бы не моральные принципы и врождённая порядочность молодого человека.

– Хочу вам заметить, господин Кублинский, – перешёл на официоз старый товарищ, – вчера я сделал предложение Софье Андреевне, и она дала согласие.

Алексей не верил своим ушам.

– Да мы с ней третьего дня…, – начал он и осёкся.

– Что вы с ней? – лицо Фонберн медленно наливалось кровью. – Уж не желаешь ли ты сказать, что ты и Софья…

А Кублинский понял всё и горько улыбнулся. Ну конечно же, в Павловском вскоре выпуск молодых офицеров. И если бы на том свидании он предложил девушке руку первым, то был бы на месте Сергея.

– Не смейте улыбаться, господин Кублинский, – принял усмешку Алексея на свой счёт барон. – Вы подлец!

– Возьмите свои слова обратно! – вспылил и Кублинский.

Но Фонберн закусил удила.

– Извинитесь за вашу гадкую усмешку! – требовал он.

– Да пошёл ты! – не выдержал Алексей и перешёл на свой родной казачий фольклор.

– Я требую сатисфакции! – заявил Сергей.

– Как вам будет угодно, господин барон, – пожал плечами Кублинский. – Любым оружием, в любом месте, в любое время.

Дуэль состоялась после вручения офицерских эполетов. Фонберн был ранен, а Кублинский вместо блестящей карьеры в Санкт-Петербурге в гвардии был отправлен в службу корнетом Приморского драгунского полка.

Квартировал полк под Владивостоком в селении Новокиевское (Краскино, Хасанский район). Граница была рядом.

«Зато скучать не придётся», – тоскливо подумал новоиспечённый офицер, оглядывая убогие сельские достопримечательности.

Скучать действительно не пришлось. В конце июня полк подняли по тревоге.