Шаман-гора

Девушка, оценив мой такт, благодарно взглянула на меня из-под густых ресниц и согласно кивнула головой.

Мы с трудом пробрались среди танцующих пар и вышли в фойе. Народу там было не меньше, чем в зале. Вся разница была в том, что под потолком стояли клубы никотинового дыма и можно было разговаривать вполголоса. Выходить покурить на мороз особого желания никто не изъявлял.

– Оба на! – раздался рядом голос Колодяжного. – Ущипните меня. Интервью продолжается. А мне показалось, что в вагоне вы не очень поладили.

– Вам показалось, Валерий. Ваш друг говорил очень правильные и нужные для нашей молодёжи слова, – серьёзно ответила Юля.

Я с невольным уважением посмотрел на девушку. Наш человек. Такая за словом в карман не полезет. Юля, несмотря на негативное впечатление, сложившееся у меня о ней в результате первой встречи, начинала мне всё больше и больше нравиться. Я поймал себя на мысли, что мне было очень приятно стоять с ней обнявшись среди танцующих пар. И если я только себе не льщу, то наши невольные объятия были ей тоже не совсем противны.

Словно желая найти подтверждение своим мыслям, я украдкой взглянул на Юлю. И поймал её встречный взгляд. Мы почему-то смутились и быстро отвели друг от друга глаза. Но за то короткое мгновение, пока мы смотрели друг на друга, что-то произошло. Моё сердце стало биться совершенно в ином ритме.

Валера не заметил наши переглядки и удивлённо присвистнул.

– А сейчас вы берёте интервью об отдыхе и быте будущих героев труда?

– Вы на удивление проницательны, Валерий.

Валера смутился и, сделав вид, что заинтересовался кем-то из своих знакомых, скрылся в толпе. Я же мысленно поаплодировал своей новой знакомой. Как-то само собой получилось, что до конца вечера мы так и не отходили друг от друга. И вполне естественно, что я пошёл её провожать. Мы долго и вкусно целовались у крыльца дома, где она остановилась.

– Что мы делаем? – прошептала она задыхаясь. – Мы ведь едва знакомы.

– Всё хорошее имеет свойство быстро заканчиваться. Завтра ты уедешь, а у меня начнутся трудовые будни, – проговорил я, слегка отстраняясь от Юли.

– Вот именно поэтому всё это ни к чему.

– Ну а что сделать, если очень хочется?

–Хочется, перехочется, – произнесла она решительно и, одарив меня на прощание задумчивым взглядом, упорхнула в своё временное жильё.