Нулевой год

Мужчина сделал знак и черные провалы стволов ружей, нацеленных на нас, ушли в сторону.

– Может, хоть ты объяснишь, что за дерьмо тут происходит?

– Хреновое дерьмо тут происходит, – ответил я за капитана. – Мы на другой планете.

– Не понял? – насторожился хозяин замка.

– Чего тут непонятного, уважаемый? Вы же видели два солнца…

– И три луны, – перебил меня мужчина.

– Три луны? – переспросил я.

К своему стыду должен заметить, что за вчерашний день мы так намаялись, что ночью никто не удосужился поднять глаза на небо.

– Ну да, три луны… – поддакнул Миша. – И жара. Мы перенеслись на другую планету. Неужели, непонятно?

– Ну, знаете ли… – рассмеялся мужчина. – С современным уровнем технологий и не такие спецэффекты можно показать. Но я вам верю! А что, планета обитаема?

– Теперь – да, – заверил я.

– А что, много нас, землян, перенеслось?

– Вот этого не могу сказать, – пожал я плечами. – Мы пока были только на юге и на севере. Вот, хотим посмотреть, что на востоке, а этот гандон…

– Этот гандон – мой сын!

– Вот я и говорю – этот штопанный гандон не дает нам проехать.

Поразмыслив с секунду, хозяин замка оценил шутку и рассмеялся.

– Поколение ЕГЭ, чего вы хотели? Конечно, проезжайте, но потом и мне расскажете, что там. Кстати, как насчет по стопарику за знакомство?

– Мы при исполнении, – покачал головой участковый.

– Так у меня и закуска есть!

– Нет, – ответил я. – Нам еще нужно посмотреть, что на западе, и вернуться в деревню засветло.

– Тогда не настаиваю…

Расставшись на этой дружественной ноте, мы тронулись дальше.

– Ну и ряхи… – заметил Миша, когда мы были уже на приличном отдалении.

– Это Захаров, – пояснил капитан. – Бывший член ЦК КПСС, после развала Союза пытался заниматься бизнесом, но неудачно. В конце девяностых около года работал в земельном комитете, как вдруг неожиданно разбогател и уволился.

– Небось, наследство получил? – предположил я.

– Наверно, – усмехнулся Семенов.

Так, за разговором, мы достигла края земли. В буквальном смысле. Дальше простиралось бескрайнее пустынное море. Я осмотрел горизонт в бинокль, но так и не увидел ни островка, ни кораблика – ничего, что говорило бы о жизни.

Осталось одно направление – западное, куда мы и поехали. Обогнув деревню, мы спустились с гор. Вдоль дороги шла линия электропередач, а по бокам – поля. Перекопанные, перепаханные, с кратерами явно искусственного происхождения.