Перевёрнутый мир

Весело насвистывая, я ломал сухостоины и скидывал их в кучу. Занятый своими мыслями, я даже не услышал характерного похрюкивания, раздавшегося за моей спиной.

Лишь когда я выпрямился, чтобы утереть пот, я понял, что нахожусь в лесу не один, но тот «парень», который похрюкивает невдалеке от меня, конечно же, сытый и кушать меня не будет. Скорее всего, ему интересно узнать, что за наглец без приглашения вторгся в его владения?

Так как мы с ним разговариваем на разных языках и вряд ли бы поняли друг друга, я не стал убеждать его в чистоте моих помыслов, а просто-напросто бросился наутёк.

Я бежал к гроту и орал благим матом, но не подумайте, что от страха. Боже меня упаси! Я орал, чтобы напугать неожиданного соседа.

Подбежав к пещере, я выхватил из костра головёшку и стал размахивать ею по сторонам. Переполнявший меня азарт бросил моё тело вперёд, и только тут перед самыми глазами я увидел торчащий из скалы камень, но уже было поздно: моя горемычная головушка вошла в тесный контакт с неожиданным препятствием и я потерял сознание.

Проснулся я от громких голосов, стука колёс, тошнотворного запаха махорки и немытых тел. Открыв глаза, я обнаружил, что лежу на последней полке расхлябанного донельзя пассажирского вагона. Вагон отчаянно трясло на рельсовых стыках, и казалось, что следующий стык окажется последним в судьбе самого вагона и всех в нём присутствующих. Через грязное закопчённое стекло пробивались тусклые лучи зимнего солнца.

Получилось! – пронеслось у меня в голове. Но тут же вторая мысль догнала первую. Погоди. Стоп. А что, собственно говоря, получилось? При чём тут вагон и железная дорога? В те годы их ещё не было.

В первую очередь я внимательно оглядел себя. На мне была военная форма, но без погон. Около стены лежали шашка, револьвер и карабин. В изголовье – вещмешок и шинель.

Значит, всё-таки перемещение во времени произошло. Вот только куда? Это предстояло выяснить. Я стал прислушиваться к разговорам внизу.

– Большевики обещают землю крестьянам на вечное пользование. И ни копеечки за это не требуют, – раздался чей-то густой бас.

– Бряхня. Ещё никто и ничего просто так никому не давал. А тут земля, – степенно ответил ему оппонент. – Наобещать можно много чего. Только воюйте.

– А ты воевал?– раздался ехидный голосок.

– Я – нет.