Перевёрнутый мир

Это навряд ли вам о чём-нибудь скажет, – ответил мне Стрельников.

Конечно же, номер полка мне ни о чём не говорил, но вот слово «Сибирский» в названии делало мои предположения более реальными.

– Ну почему же? Мы с вами почти что земляки. Я служу в третьем Амурском казачьем полку. Вернее сказать, служил, – поправил я сам себя.

– О, есаул, так не бывает! Ведь мы действительно с вами почти земляки. Я ведь сам с Забайкалья. Из Читы, – радостно удивился штабс-капитан.

– Ну, а я с Амура-реки.

С языка чуть не сорвалось, что я из Комсомольска-на- Амуре. Вот бы они рты открыли. Тогда-то и слова такого не было.

– А я ведь тоже с Амура, – словно бы чего-то стесняясь, произнёс Зимин. – Село Нижнетамбовское, Хабаровской губернии.

– Как же, слышал я про такое село. Там ведь у вас, кажется, волостная управа находится? – блеснул я своими познаниями в истории.

– Так точно, ваше благородие. Она самая, – заулыбался Зимин.

На вид ему было лет тридцать. Но, возможно, он был и моложе, война людей не молодит. «Вот она и связь и с Шаманом, и с Нижнетамбовским», – подумал я, а вслух спросил солдата:

– С какого года служишь, паря?

– В десятом году меня призвали, ваше благородие. Восьмой год пошёл уж как шинель ношу. Если бы не революция, ещё четыре годочка родных мест не увидел бы.

– А я с лета четырнадцатого года. И вот что – не называй ты меня вашим благородием. Я ведь своё офицерство в окопах получил.

– Трудно отвыкнуть от того, что столько лет вбивали в голову. Да и порядок должон быть, – ответил он смущённо.

– Ну что я говорил, – гордо заметил Стрельников. – Старой закваски солдаты.

– И куда вы теперь? – поинтересовался я у своих попутчиков.

– Домой. Навоевались. Хватит, – ответил за всех штабс-капитан.

– Ну, так, значит, нам по пути. Я тоже домой.

– Господа, – вмешался в наш разговор инженер, – а ведь и мы тоже всем семейством хотим добраться до Владивостока.

– Ну, вот и подобрались попутчики на весь столь дальний путь, – заметил Стрельников, многозначительно бросив взгляд на девушек.

Сёстры кокетливо опустили глаза, при этом щёчки юных прелестниц вновь заметно порозовели.

«А капитан-то «ходок», – подумал я. – К концу пути кто-то за кого-то обязательно выйдет замуж. Дорога-то предстоит не ближняя. Судя по тому, как в то время ходили поезда, может и родить успеют».