НА РУСЬ!

 – Перед смертушкой хочется вольным телом потянуться, а не чесаться как прокажённый под прелым халатом.

– Не на часуйму идёшь, раб. Попридержи язык! – оборвала его причитания принцесса.

– Послы от Великого хана Бату к хану Алтынбе- ку! – прокричал где-то впереди глашатай, и мы остановились.

«Вот отсюда мы точно не выберемся», – попытался проснуться внутренний голос. Но я не дал ему воли, а стал разглядывать подъехавших булгар. Ничего особенного в них не было – нахохлившиеся словно мокрые курицы мужики.

Они с нарочитым высокомерием оглядели нас и, расступившись в стороны, пропустили вперёд командира.

– Чего хотели? – неприязненно спросил он.

– То я скажу вашему хану! – звонким от волнения голосом произнесла Тань Я.

– Что у Батыкбея воевать некому? – ухмыльнулся булгарин. – Мальчишку сопливого на переговоры отправили. Смелее никого не нашлось?

– Веди к господину, раб! А кто воевать будет, то без тебя решат, – гордо произнесла девушка. – А твои слова насчёт сопливого юнца я вобью тебе в глотку на поле брани.

– Вот даёт молодой… – послышались голоса воинов. – Видать из ханских сродственников, ить как дерзко поглядывает.

Примерно через час мы стояли перед Алтынбеком и его командирами.

– Что привело хана Батыкбея к границам моего государства? – спросил Алтынбек, пытаясь сдержать выплёскивающийся наружу гнев.

Не сомневаясь, что принцесса резанёт правду-матку я замер и непроизвольно попытался нащупать ладонью рукоять катаны.

– Мой повелитель хан Бату пришёл с вас, неразумных, взять дань и определить ваши земли под свою руку, – слегка подрагивающим голосом произнесла Тань Я.

Дальше она говорить просто не могла. По шатру промчался вихрь разъярённых голосов.

– Что это, братья! О чём он говорит? – раздавалось отовсюду. – Смерть им! Содрать с них шкуру!

– Тихо! – немного переждав, рыкнул Алтын- бек и, повернувшись к принцессе, ласково спросил.

– Ещё мой повелитель приказывает своему даннику Алтынбеку доставить на ханское ложе свою дочь Ал- тынчеч-Златовласую. А в последствии и жену Фатиму. Хан желает породниться со своим подданным. – заканчивала Тань Я при гробовом молчании.