Ранняя осень. Книга первая. Изгнанник

Ответа не последовало. Через несколько минут Елена выбралась на берег и остановилась перед молодым человеком. Ее серебристый купальник ослепительно блестел в лучах Рубина. Клеверов мельком глянул на девушку и равнодушно отвел глаза.

– Я вам не нравлюсь? – с улыбкой спросила Князева.

– Напротив, Лена. Ведь я эстет – поклонник прекрасного.

Это были его первые слова за последние часы. Голос спокойный, на удивление приятный. Взгляд задумчивый, отрешенный. Елена поняла, что не ошиблась – не мог человек с такими глазами быть негодяем, каким его считали члены экспедиции.

– Какой вы странный, Андрей Николаевич.

– Вы находите меня странным, Лена? А какой же я должен считать вас, принимая во внимание вашу настойчивость?

Девушка опустилась у ног Клеверова и снизу заглянула ему в глаза.

– Но ведь вам же плохо одному! Неужели вы станете отрицать это?

– К чему? Вы правы. Но не нужно брать роль спасительницы, она вам не по силам, – он улыбнулся. – Оденьтесь, Лена.

– Чуточку подсохну… Я вас не очень смущаю? Опять напротив?

Елена уже привыкла замечать во взглядах мужчин признаки зарождающейся страсти. Но глаза Клеверова оставались спокойными – так смотрят на картину или статую люди, обладающие тонким художественным вкусом.

– О чем вы думаете, Андрей Николаевич? Наверное, жалеете, что взяли меня с собой?

– Конечно, нет. Только не обольщайтесь, Лена.

– Прежде мне казалось, что все мужчины одинаковы.

– Теперь вы иного мнения?

– Да, – задумчиво ответила девушка, поднимаясь с камня.

– Глупая Лена, – улыбнулся молодой человек. – Я очень постоянный, просто не умею прощать.

– Буду очень осторожной! – весело сказала Елена.

– Нам пора. Одевайтесь, пожалуйста, – он отвернулся, оглядывая стены кратера.

Потом они долго шли по лавовому туннелю, постепенно опускавшемуся вниз. Вода, просачивающаяся сверху, через хрупкий потолок, созданный застывшей лавой, собиралась в подземные лужи и ручьи.

– Неужели вы совсем не устаете? – спросила Князева, когда они вышли из туннеля у подножия вулкана.

– Страшно устаю, Лена. Иногда вечером стоит лишь присесть и уже нет сил подняться.

– Я спрашивала о вас у одной девушки, вашей бывшей однокурснице по университету. Она сказала, что вы всю юность изводили себя сумасшедшими тренировками.