Чужак против Императора

Затем Чужак стал гадить по всей нашей галактике М31 «Туманность Андромеды».

Поскольку, как уже говорилось, Чужка имел дурную привычку не спускать за собой в туалете, очень скоро по всей галактике распространилось сильное амбре. Которое прилично снизило качество космоса, качество вдыхаемого воздуха на обитаемых планетах, и вообще качество жизни всего населения нашей М31 «Туманность Андромеды».

– Ну, я думаю, – заметил Честнов курсантам, – что вы должны помнить тот жизненный период, хотя и были еще детишками.

Курсанты поморщились и согласно закивали.

Тогда Честнов продолжил:

– Ну а в третьих и в главных – оказалось, что в то время, когда все нормальные космические звери имели максимум два яйца, – Чужак имел намного больше. Не только имел, но и откладывал их в каждом укромном уголке нашей галактики.

Ну что ты будешь делать!

Но это еще не все.

Не просто в каждом укромном уголке, нет! Чужка был коварен.

Он обычно откладывал свои яйца там, где поблизости находились хоть какие-то материальные ценности.

Отложенные Чужкой яйца через некоторое время лопались и из них вылезали специально обученные каракатицы. Эти каракатицы, воровато озираясь, быстро подбегали к намеченной ценности, хватали ее в охапку, – а дальнейшее было делом техники.

Над местом кражи зависал малый алебонский космолет системы «стелс», забирал каракатицу и украденную каракатицей ценность, и – ищи свищи!

– Короче, как вы уже догадались, товарищи курсанты, – мрачно сказал Честнов, выпуская колечки дыма в потолок, – через некоторое время ценность обнаруживалась в том самом городе Мондон, о котором шла речь в начале нашей лекции.

– Этот возмутительный факт ИБЕ сумела установить – честь ей и хвала за это! – и немедля положила на стол Императору доклад о сложившейся ситуации.

Император впал в ярость.

– Ну а кто бы не впал? – воскликнул майор и выпустил пар, разбив ребром ладони тренировочный кирпич, специально для того лежавший у него на столе.

– По приказу Государя Императора МИД М31 «Туманность Андромеды» немедленно направил ноту протеста прямиком в Мондон, во дворец короля-пресерватора туманности «Алебон», с требованием прекратить провокационные и враждебные действия.