Ловушка для Инквизитора

 – На часах полночь, а ты все еще не в постели?! Да еще и таскаешься за посторонним мужчиной, шлюшка!

– Я вовсе, – жалко пролепетала Софи, покорно опуская голову и перебирая трясущимися пальцами краешек передника, – я не таскалась, что вы такое говорите!

Выволочки от Ричарда были делом обыденным; хитрый, как краб, он целыми днями прятался в своей комнате, покидая ее изредка – пообедать и выехать по делам. Он мог слышать, как к Софи пристает Патрик или какой другой подвыпивший посетитель, но вступаться за нее не спешил.

– Я все слышал, – с победным видом выкрикнул он, словно ему доставляло радость уличить свою жену в неверности. – Ты ему на шею вешалась! Требовала сказать, куда он пошел, словно он тебе муж! Это что, поведение приличной женщины?! Дешевая потаскуха, ты должна мне ноги целовать за то, что я женился на тебе!

– Женились вы на мне, – прогудела себе под нос Софи упрямо, хотя эта дерзость грозила ей побоями, – потому что захотели мою гостиницу в качестве источника доходов! И это смотря еще кто кому должен ноги целовать! Я кручусь целыми днями, работаю, не покладая рук, а вы лишь деньги считаете! Да еще и упрекаете меня во всех смертных грехах!

– Мерзавка! Ты как смеешь раскрывать свой грешный лживый рот?! – взревел Ричард, замахиваясь.

Софи зажмурилась, ожидая, что пощечина обожжёт ей щеку, но удара не последовало.

Из темноты, окутывающей нижний пролет лестницы, вынырнул инквизитор. Сначала проступило его белое лицо, затем блеснули алые глаза и  пуговицы на его пальто, а  потом появился и весь он.

Ричард, завидев нового  постояльца, тотчас же спрятал руку за спину и натянул на лицо гаденькую приветливую улыбку.

– Что здесь происходит? – поинтересовался инквизитор сурово.

– Так, ничего, – ответил Ричард. – Небольшая семейная сцена.

И он зло посмотрел на Софи, всем своим видом давая ей понять, что раскрывать рот ей не стоит.

Но Тристану не надо было ничего объяснять, слышал достаточно и дураком не был.

– Не смейте, – процедил он, уничтожающе щуря алые глаза, – трогать эту женщину!

Ричард недобро усмехнулся, смерив взглядом изящную фигуру Тристана.