Ловушка для Инквизитора

 – Вы не осмелитесь этого сделать! Вы не подвергнете людей опасности! Вы не посмеете!

– Интересно, кто в этом городишке, где на костре жгут людей за то, что они левши, мне сможет помешать? Для достижения цели все средства хороши, – парировал инквизитор. – Ну, так что, по рукам?

– А куда это вы собрались на ночь глядя?! – всполошилась вдруг Софи, заметив, что инквизитор полностью одет и готов к выходу. – Вы что, не слышали меня?! В такие сырые туманные ночи за стенами дома не безопасно! Хотите сразу щегольнуть своей силой?! Это глупо и…

Инквизитор уничтожающе посмотрел на Софи, да так, что та замолкла.

– Я ходил по Аду без сопровождающих, – процедил он высокомерно. – Вы что, правда думаете, что какие-то местные дураки, вырядившиеся в грязные простыни и пугающие доверчивых обывателей, смогут мне причинить какой-то вред?! Оставьте свою бесполезную заботу при себе. Я точно могу за себя постоять; встречаться с демонами и нечистью – моя работа.

Он круто развернулся и направился к выходу.

– Так куда вы, демоны вас подери, направились!

Софи кинулась за инквизитором, но нагнать его, широко шагающего, смогла только на лестничном пролете. Сонливость и усталость с нее как рукой сняло. Беспокойство за инквизитора захлестывало ее разум горячими волнами, от которых хотелось или помереть на месте сию минуту, или вцепиться в рукав его черного пальто и никуда не пускать.

– Посмотреть, – небрежно ответил Тристан, – нет ли каких следов. Если очень повезет – то и Пожирателей было б недурно увидеть.

– Но если Пожиратели…

– Я начерчу на вашей гостинице такой защитный знак, что и демоны побоятся к ней приблизиться. Не бойтесь; я не чувствую опасности.

Он спешно спустился по лестнице, оставив растерянную и слегка напуганную Софи на лестничном пролете.

Стоило стихнуть его шагам, как дверь комнаты мужа Софи распахнулась, как по мановению волшебной палочки, и сам он, красный от гнева, со встрёпанными волосами, возник на пороге.

Это был высокий, крепкий черноволосый мужчина, старше Софи лет на пятнадцать, еще не старый, но уже солидный, зрелый, в самом расцвете лет. В нем не было легкой подвижности юности, зато было полно старческого недоброго брюзжания.

– Та-ак, – зловеще протянул он, сунув большие пальцы рук в кармашки жилета и зловеще покачиваясь на носках ботинок.