Школа диких сердец. Выпускник

Ставки просто закачаешься! Уже восемьсот миллионов в обороте.

Оставив Матвея, Борбан бросился к своей команде. Время летело, принося рабогонам сказочные прибыли.

На всех экранах дрались, взрывались, кричали, стонали, умирали. Много лет равнодушный к такому зрелищу Жебрак начал переключать уровни. На другом поле гладики дрались деревянными палками, ещё одно – здесь в ход шли железные шары. Люди убивали себя во славу своего господина и умирали, произнося его имя. А их хозяева делали ставки и подсчитывали барыш.

Матвей задумался, что же ему делать с рабами. Отпускать их не стоит, пусть живут. Ага, он отправит этих счастливчиков на полуостров Сахалин. Там у его босса Лабаддо своё имение, лишние работники не помешают. Хотя. Стоп! Надо допросить этого, с Венеры, что там с кораблём корпорации «Мамтел».

Пока Жебрак размышлял, невидяще глядя на экраны, рабогон Борбан зашёл в свой кабинет, закрылся там и передал сообщение шефу региональной ячейки тайного ордена Бондурант о жандарме, которого возил по Большой Арене.

– У меня впечатление, что я его встречал лет двести-триста назад, – информировал Борбан шефа. – Вот запись его внешности, проведите идентификацию.

Сообщение рабогона из Австралии вызвало лёгкое смятение в штабе Бондурант, куда его передал региональный куратор.

– Это же не Вечный, – сказал один из штабных вождей. – Они все у нас на учёте тысячи лет. Неужели какой-то неизвестный нам?

– Давайте срочно его проверим, – засуетился его коллега.

– С Вечными шутить нельзя, конечно полную, самую полную!

Буквально через полчаса в штабе Бондурант уже знали почти всё о Жебраке. Что ему сорок два года, вышел в город из лесов двадцать шесть лет назад – сбежал из племени дикарей каких-то. Настойчивый, упрямый, хорошо усваивает уроки, был в городской банде, стал главарём. Через шесть лет возглавил преступников в этом городе. После чего был замечен властями и приглашён на работу в жандармерию.

– Ну, это ерунда, – сказал штабной вождь. – Выходы по хэдсерву были от него?

– Не отмечено, – сказал его коллега. – Но мы же фиксируем от силы процентов семь-восемь таких соединений.

– Самое главное, семья, дети есть у него?

– Есть и жена и дети. Генетические коды соответствуют, то есть дети его.