Пропавший хворост

Пропавшии? хворост

Роберт Оболенский

Минула тотальная война, главным врагом стал холод. Герой рассказывает детям о зиме, которую прозвали "крысиной". Но вот в землянку возвращается мать, а герой уходит к утесу, размышляя о новом дне и грязном промысле. Одно его греет, мысль, что как бы не было трудно, а жизнь – она всегда найдет выход.

Роберт Оболенский

Пропавшии? хворост

Холодный свет лампы падал на лица, дети сидели разинув рты, а я подытожил:

– Так мы с вашим отцом и встретились, – закончив историю, потрепал младшего по волосам и потянулся к диодной лампе над кроватью.

– Но дядя, Энди, – надул губы младший из братьев, – а как…

– Да, а что вы делали потом? – перебил его старший.

– Потом расскажу, а на сегодня всё. Спать! – сказал я и выключил свет.

В дверях остановился, две пары глаз горят огнем: да спать вы точно не будете.

– Значит, хотите еще одну байку на ночь?

– Да-да! – вскрикнул младший из братьев и тут же притих, когда старший больно ткнул его локтем в бок, а я приложил палец к губам и, тихо шикнув, присел на край кровати.

Поправил одеяло, обвел застывшие лица взглядом и начал рассказ:

– Это было задолго после всполохов на горизонте и громоподобного рева с небес.

– После падения бомб?

– Угу, – кивнул я старшему и продолжил, – прошло два года, ушла копоть с небес и пришла стужа. Наступила долгая зима, которую мы прозвали крысиной.

– Почему так? – нахмурил брови младший.

– Не перебивай, – толкнул его старший.

– Будете ссориться, я рассказывать не буду, – пригрозил я.

– Нет-нет, – взмолились дети.

– Хорошо, тогда лежите спокойно и слушайте.

Натянув одеяло до самых ушей, они замерли в ожидании, а я начал сначала:

– Всполохи огня на горизонте и громоподобный рев, всё это в прошлом. Шел 2089 год от рождества Христова и, что куда более важно – третья зима, которую на острове прозвали крысиной. Это не научный термин и не шутка, просто факт.

– А как же вода, пришедшая на землю? – глядя на меня снизу вверх, прошептал старший из братьев.

– Именно так, – кивнул я и подсел к ним ближе, – и вода тоже.