Битвы далекого севера

От Берингова памятника виден Сигнальный мыс, мы увидим все сигналы. Пойдёмте с нами. Там мы всё узнаем, и в порт нечего бегать.

– А как же занятия? – Юлия Егоровна вздыхает. Катенька, не слушавшая, о чём разговор, окончила вышивку и сейчас радостно суёт салфетку с цветочком маме в руки. Та гладит дочку по мягким волосикам.

– Мы после обеда нагоним уроки, – обещает Жора.

– Хорошо, – соглашается мама, и всё семейство выбирается в сад. Кирилло помогает малышам, Юленьку, так и посапывающую спокойно носиком, Юлия Егоровна берёт на руки.

На мысе Сигнальный высоко подымались клубы дыма. Вдалеке виднелись корабли.

– Какие большие! – прокричал Стёпа, подпрыгивая на месте. – Как «Аврора»!

Малыши засмеялись и принялись прыгать вместе с ним.

Несколько раз издалека бухнула сигнальная пушка. Жора поглядывал на плывущие над бухтой дымные облачка, считал выстрелы и высматривал в своей книжечке, что это значит. Он давно уже переписал себе все сигналы из отцовского журнала.

– Это неприятель, – сказал Жора. Мама глубоко вздохнула и покрепче прижала к себе Юленьку. Малыши притихли.

Юлия Егоровна сидела на скамейке не шевелясь, меж бровей залегла тревожная морщинка.

Послышись быстрые шаги, из-за угла дома выбежал Александр Максутов, лейтенант, недавно прибывший на «Авроре».

– Юля! – он запыхался. – Где Василий Степанович?

Женщина как будто очнулась.

– В порту, ему теперь некогда, придёт к обеду, – ответила она ему.

– Правда ли, что неприятель идёт?

– Правда, – Юлия Егоровна встала.

Она унесла дочку, всё так же сладко спящую в дом. Положила её на кровать и встала на колени перед иконой Божьей Матери. Жена военного губернатора Камчатки, мать девятерых детей, она просила у Богоматери сил превозмочь все напасти и трудности, которые неизбежно появятся в самое ближайшее время.

Помолившись, Юлия Егоровна крикнула прислугу, и они начали переносить имущество в глубокий погреб. Повар, уже выпивший винца, как пояснил, от радости, что наконец-то накостыляем англичанам и лягушатникам, спускаясь по ступенькам вниз, упал.

– Это я, сударыня-барыня, смотрю, нет ли мышей! – крикнул он.

– Какие мыши на Камчатке! – засмеялась Юлия Егоровна. – Вылезай, пьянчужка, иди, пригляди за обедом.

– Слушаюсь, ваше благородие! – повар, перемазанный землёй, вылез наружу, и мотая головой, качаясь, но держа курс точно на двери, рысцой убежал.