Плотский грех

Джесс шла по Холломан-Грин, наслаждаясь красотой медно-красных пляжей, когда ее взгляд упал на захватывающую картину, обрамленную красными листьями. Это была черная как уголь витрина магазина, содержащая три неправдоподобно стройных пластмассовых манекена, изображающих невесту и двух ее подружек, одетых в потрясающие платья. Над черной витриной белыми буквами значилось: «Свадебные платья Ра Танаис». Не в силах устоять, Джесс пересекла улицу и вошла в магазин. В этом огромном помещении примерочные кабинки могли бы вместить клиентку в полноценном кринолине, а вешалки были полностью посвящены свадебным нарядам.

Чрезвычайно высокая привлекательная женщина в модном лиловом платье с улыбкой приблизилась к ней.

– Вы здесь из любопытства, а не в качестве покупателя, – сказала женщина после рукопожатия. – Я Иви Рамсботтом.

– Я доктор Джесс Уэйнфлит, – представилась Джесс, – и ваша витрина меня очаровала. Толпы людей обращают на нее внимание. Даже проезжающие мимо машины замедляют скорость до черепашьей.

– Не родилась еще на свет такая женщина, которая не хотела бы быть невестой. Пойдемте в мое логово и выпьем эспрессо.

Это случилось восемь лет назад. Дружба расцвела в значительной степени из-за присущей им обеим склонности к навязчивым состояниям – так хорошо иметь кого-то, с кем можно вместе над ними посмеяться! В Иви этот тип был представлен в чистом виде: педантично ровно расположенные записки на двери холодильника и фарфоровые чашки, повернутые рисунком в одну сторону, тогда как в Джесс к этому присоединялась маниакальная черта, принуждавшая ее работать слишком усердно и порой терять терпение.

Конечно, к настоящему времени Джесс знала историю Иви и была для подруги полезной; умение проникать в суть и способность к тонкому восприятию, свойственные ее профессии, делали ее лучшей наперсницей, какую Иви могла пожелать. Грустно и огорчительно было лишь то, что Иви не могла отплатить ей услугой за услугу, давая такие советы, в которых нуждались проблемы Джесс.

Итак, после салона у Ра и Руфуса Джесс наведалась в свой дом лишь затем, чтобы переодеться из вечернего платья в рабочий костюм, который она носила в ХИ – то есть в брюки и простую блузу. После чего она отправилась домой – иными словами, поехала в Психушку.