Антоний и Клеопатра

– Ты еще не сказал мне, почему ты здесь.

– На самом деле там больше пяти воробьев. Я, как сокол, слежу за ними. Они намерены увидеть триумвира Марка Антония и изложить ему свое дело.

– Какое дело?

– Что я плету интриги против законных наследников и что мне, иноверцу, удалось настолько втереться в доверие к царю Гиркану и его семье, что меня считают женихом дочери царицы Александры. Это кратко. Чтобы выслушать полную версию, понадобятся годы.

Деллий удивленно прищурил хитрые карие глаза:

– Иноверец? Кажется, ты сказал, что ты еврей.

– Не по закону Моисея. Мой отец женился на набатейской царевне Кипре. Арабке. А поскольку евреи считаются евреями по материнской линии, дети моего отца стали иноверцами.

– Тогда чего ты надеешься добиться здесь, Ирод?

– Всего, если мне разрешат сделать то, что необходимо. Евреям нужна твердая рука – спроси любого римского наместника Сирии с тех пор, как Помпей Великий сделал Сирию провинцией. Я намерен быть царем евреев, нравится им это или нет.

– Значит, ты здесь, чтобы защищать себя? – спросил Деллий.

– Да. Делегация синедриона потребует, чтобы меня и всех членов моей семьи выслали под страхом смерти. Сами они не могут это сделать без разрешения Рима.

– Да, трудная задача, если принять во внимание поддержку Кассия! – весело воскликнул Деллий. – Антонию надо будет выбирать между двумя фракциями, которые поддерживали не того человека.

– Но мой отец поддерживал Юлия Цезаря, – возразил Ирод. – Мне только надо убедить Марка Антония, что, если мне разрешат жить в Иудее, я всегда буду на стороне Рима. Он был в Сирии несколько лет назад, когда Габиний служил там наместником, так что Антоний знает, какой беспокойный народ евреи. Но вспомнит ли он, что мой отец помогал Цезарю?

– Хм, – промычал Деллий, щурясь на радугу водяных брызг, бьющих изо рта дельфина.

– Я неплохой адвокат и смогу защитить себя.

– При условии, что тебе дадут шанс.

Деллий поднялся, тепло пожал руку Ирода.

– Желаю тебе успеха, Ирод из Иудеи. Если я сумею помочь тебе, то помогу.

– Я буду очень благодарен.

– Ерунда! – засмеялся Деллий, уходя. – Нет у тебя таких денег.