Я тебя вижу

 – …Не всколыхнет всё?

В ожидании ответа Келли подалась вперед, прикоснулась к кулону – половинке сердца – на серебряной цепочке. Интересно, носит ли Лекси свой? Они купили подвески перед осенним отъездом в университеты. Келли – в Брайтонский, а Лекси – в Даремский. Впервые с рождения им предстояло расстаться больше чем на одну-две ночи.

Лекси наконец ответила, и тон ее голоса был таким же сдержанным, каким она обычно разговаривала с сестрой:

– Ничего это не всколыхнет, Келли. Что случилось, то случилось.

Я не могу изменить прошлого, но оно не должно меня определять.

Лекси всегда была спокойней и разумней. Внешне сестры были одинаковыми, но никто никогда их не путал. Решительные подбородки, тонкие носы и темно-карие глаза близняшек действительно были очень похожи, но Лекси при этом выглядела расслабленной и добродушной, а Келли казалась напряженной и вспыльчивой. В детстве они много раз пытались поменяться местами, но так и не сумели одурачить тех, кто их знал.

– Почему бы мне не отметить то хорошее, что было в университете? – продолжала Лекси.

 – Почему я не могу пройтись по кампусу, как другие, вспомнить вечеринки, лекции, глупые розыгрыши, которые устраивали мы с друзьями?

– Но…

– Нет, Келли. Если бы после произошедшего я ушла – сменила университет, как хотели вы с мамой, – то он бы победил. А если, боясь воспоминаний, я не поеду на встречу выпускников, что ж, значит, он все-таки победит.

В этот момент Келли осознала, что ее трясет. Она опустила ноги на пол, наклонилась вперед и прижалась предплечьями к коленям, стараясь унять дрожь.

– По-моему, ты сошла с ума. Я бы к этому месту и близко не подошла.

– Но ведь ты – не я. – Лекси резко выдохнула, даже не пытаясь скрыть досаду. – Можно подумать, все это случилось не со мной, а с тобой.

Келли промолчала. Как она могла объяснить Лекси, что именно так себя и ощущала, и не дать понять, что в некотором смысле их травмы равны? Келли вспомнила лекцию в полицейской академии, которую читал кто-то из Охраны труда.

Они тогда изучали столкновение на М25: десятки раненых, шестеро погибших. И кто же получил ПТР? Инструктор хотел, чтобы курсанты сами догадались кто. Патрульные, первыми прибывшие на место аварии? Сержант дорожной полиции, которому пришлось утешать мать двоих погибших детей? Водитель грузовика, чья рассеянность привела катастрофе?

Нет.

Посттравматическое расстройство заработал офицер полиции, который даже не был на службе.