Жаркая зима для двоих

Что за женщина увлекла его? Она была прекрасна, но Гейб не из тех, кто увлекается внешностью. Он гордился тем, что больше интересуется умными женщинами.

Их встреча оказалась тщательно запланированной. Он заставил себя сосредоточиться на гостях, но его мысли снова вернулись к той давней ночи, которую он старался не помнить. Ночь, которую он никогда не забудет. Не потому, что она была чудесной, а потому, что она многому его научила.

Он понял, что может доверять только Ною…

Когда инвесторы уехали, Гейб подозвал метрдотеля.

– Как прошел вечер, мистер Арантини? – спросил мужчина с благоговейным поклоном.

Гейб вырос в нищете, но теперь был поразительно богат; он привык к такому явному почтению. И даже находил его забавным.

Гейб не ответил на вопрос. Если бы вечер прошел неудачно, метрдотель узнал бы об этом давным-давно.

– Я хочу поговорить с Реми, – шутливо произнес Гейб.

– Шеф-повар?

Гейб поднял бровь:

– А сколько Реми сегодня работает?

Метрдотель рассмеялся немного застенчиво:

– Только один, сэр.

– Тогда я пройду на кухню. – Он встал, повернулся на каблуках и направился к дверям, не дожидаясь ответа метрдотеля.

В дверях он задержался на секунду, готовясь к возможной встрече.

Он не понимал, почему так беспокоится.

Если он хотел снова увидеться с Эбигейл Ховард, у него для этого были неограниченные возможности. Она непрестанно названивала ему, отчаянно пытаясь извиниться за участие в мошенничестве.

Это было шесть месяцев назад. Через полгода после того, как она отдала ему свою невинность, чтобы взглянуть на совершенно секретные разработки «Калипсо» по просьбе своего отца. При воспоминании об этом в жилах Гейба по-прежнему стыла кровь.

Он знавал немало манипуляторов, но ни один из них не был таким отвратительным, как она.

Он испытал огромное удовлетворение, когда служба безопасности выпроводила Эбигейл из его офиса. Она приехала в Рим, чтобы увидеться с Гейбом, а он постарался сделать так, чтобы этого не произошло.

А что он делает сейчас? Торчит у дверей ресторанной кухни, потому что подумал, будто мельком увидел Эбигейл. Странно, что он узнал ее.