Подружки. Другая история

И пусть не хочется это делать, но иногда и мне приходится использовать свои силы, чтобы навредить духам других вкусов. Каждый, кто достиг определённого возраста и имеет нательное изображение его вкуса, должен помогать своим соотечественникам. Взрослая жизнь здесь – это сплошная война, – Лека вновь равнодушно посмотрела на руку, она грубо провела по всей конечности ладонью другой руки, будто пытаясь стереть нательный рисунок.

Агата остановила подругу от болезненных действий. Своей рукой она закрыла рисунок, привлекая удивлённый взор Леки.

– Мне очень жаль, что вам всем приходится мириться с такой реальностью. Могла бы я помочь, то сделала бы всё возможное, чтобы облегчить вашу жизнь, но, думаю, сил обычного человека здесь не хватит, – неуверенно улыбнулась девушка. – Но даже с такой жизнью нельзя увязать в унынии. Пусть нельзя изменить что-то, что касается войны, но можно поменять что-то другое. А если вообще ничего поменять не получается, тогда давай вместе вернёмся в мир людей. Я спасу тебя от обязанностей вояки.

Взор повелительницы вкуса лекарств застыл на искренних глазах подруги. Лека была так тронута словами человека, что вот-вот бы расплакалась. На грустном лице еe расцвела улыбка.

– Знаешь, Агата, я уже кое-что изменила в своей жизни. Думаю, теперь я буду радоваться чаще, так как я нашла очень хорошего и доброго друга, – Лека аккуратно убрала руку Агаты со своей, на голом стебле, что красовался на коже духа, вдруг прямо на глазах распустились цветы.

Обе подруги были удивлены. Взглянув друг на друга, они неожиданно залились таким громким смехом, что кто-то с улицы даже сказал, чтобы они были тише.

На этой дружелюбной ноте началась их совместная жизнь. Каждый день Агата узнавала, что-то новое про Мир вкуса. Она поняла, что у талантов есть нательный рисунок, а у бездарностей его нет. Девушка часто присматривалась к другим духам, пытаясь рассмотреть их изображения.

Агата начала немного понимать, что обозначает это таинственное слово "вкус". Она узнала, что при попадании в рот еды, напитков или чего-нибудь другого возникает своеобразное ощущение. Сама она, к сожалению, так и не смогла почувствовать это ощущение.

Пусть Лека и предлагала человеку отдыхать, но Агата не собиралась быть простым нахлебником.