Моя душа темнеет

Это твоя ошибка. Из-за тебя нас убьют.

Наконец, она огрызнулась: никто тебя не убьет.

Но если они убьют тебя, я останусь один. И мне захочется умереть.

Ему совсем не хотелось умирать, но ему определенно не хотелось умирать вторым. Раду встретил взгляд сестры, напоминая ей о ее измене, причинявшей ему столько горя. Она не могла вести себя вежливо даже для того, чтобы спасти им жизнь.

Она заговорила на валашском языке, спокойно и не обращая внимания на свой вооруженный эскорт и на то, что ее, возможно, ждет верная смерть.

– Халил-паша – вот причина, по которой я здесь в заточении. Я не позволю ему забрать у меня остатки моей свободы. Я не считаю, что политический брак – моя судьба. Этот брак означает, что меня отбросят в сторону и забудут, а я лучше умру, чем соглашусь быть забытой.

– Я никогда этого не допущу, – сказал Раду, но он не знал, что имел в виду – что никогда не позволит ей умереть или что никогда не позволит ей стать забытой.

Ему бы хотелось иметь больше двух вариантов.

– У нас есть приказ отвести ее в южное крыло, – произнес один из янычар. – Можешь пойти с нами, если хочешь.

Раду посмотрел на солдат и одарил их улыбкой такой же лучезарной, как летнее солнышко. Он пошел рядом с ними, спросил, из какого они региона, вовлек их в беседу. Вскоре он уже знал, как их зовут, род их обязанностей и что они собирались съесть в тот день на ужин. Их руки ни разу не шелохнулись в сторону сабель, висевших у них на боку, а их болтовня оставалась легкой и дружелюбной.

Лада шла за ними и благодарно молчала.

Солдаты велели им дожидаться на позолоченной скамье возле массивных медных дверей. И ушли.

Раду опустился на скамью, облегченно протирая ладонями глаза.

– Если они оставляют нас здесь, значит, ты не умрешь.

– Как ты это делаешь?

– Делаю что?

– Заставляешь людей разговаривать с тобой. Это потому, что ты мальчик?

Раду знал, что она завидовала его способности добиваться расположения людей. Она выглядела резкой, непокорной и коварной. У нее было лицо лисицы, ворующей птицу из курятника. У Раду было личико ангела. Но ему стало больно от того, что она решила, что это трюк, хитрый прием.