Осенью осенённая

Каким-то чудом в итоге Киото было заменено на Нагасаки, Хиросиму и Токио (о котором нам не рассказывают, поскольку там не было «атомных» взрывов, но город был стёрт с лица земли, а погибших было в два раза больше, чем в Нагасаки и Хиросиме вместе взятых; фотографии сгоревшего Токио иногда показывают, но часто называют «Хиросимой»). Заодно обошли город и обычные массовые бомбардировки, так что именно здесь ещё уцелели дома довоенной постройки (даже деревянные), которые мы с вами обязательно должны увидеть уже потому, что в других местах Японии их просто не осталось.

Окружённый с трех сторон горами, Киото лежит в долине, под которой залегает огромный бассейн стекающей с гор чистейшей воды. Происходит это на высоте порядка 1 000 метров над уровнем моря, поэтому лето тут обычно жаркое, а зимы холодные.

Киото пересекают три реки: Удзи-гава на юге, Кацура-гава на западе и моя любимая Камо-гава на востоке. Слово «гава» лучше опускать, потому что оно как раз и значит «река».

Благодаря чистоте воды в Японии вообще и в Киото в частности, здесь варят самое вкусное пиво. Поверьте мне, пробовавшему этот напиток почти профессионально и в Германии, и в Англии, и в Ирландии.

К сожалению, современная урбанизация приводит к тому, что многочисленные колодцы и источники начинают на глазах мелеть. Так что спешите, пока Киото окончательно не утратило своего природного шарма, особенно осеннего.

Что касается населения Киото сегодня, то его там полтора миллиона. Это почти в 10 раз меньше, чем в Москве. Зато если Москва занимает по официальным данным 2 522 км?, то Киото – 828 км?. Получается, что плотность населения там почти в 4 раза меньше, нежели в Первопрестольной. И это, надо сказать, приятное ощущение.

Которое открылось мне сразу же, как только я, свернув из-под гостиничного козырька направо, и миновав современный гараж, где через открытые ворота были видны стоящие в два яруса белые автомобили, вышел к той самой улице Оикэ, которая на поверку оказалась весьма широким и оживлённым (только опять-таки не по московским меркам) проспектом.

Угловой дом был опрятным, но деревянным, полутораэтажным и старым. Поскольку я никуда не спешил (ещё одно блаженное чувство для путешественника), за приоткрытой створкой двери мне открылась живописная картина.