Осенью осенённая

Но это, на самом деле, просто дань традиции. Дело в том, что манера говорить для японца крайне важна. Через речь он проявляет свой характер. Поэтому в кино (в большей степени) и в жизни (в чуть меньшей) мужчины стараются показать свою мужественность и говорят резко, грубо и громко. Женщины, наоборот, максимально сюсюкают. Пройдите по какому-нибудь японскому универмагу, и у вас быстро сложится впечатление, что вы оказались в детском саду, где сплошь крохотные покорные девочки-гейши, пискляво притягивающие к себе ваше внимание извечной просьбой «Ирассаимасэ!» (Добро пожаловать).

Подобными голосами в Японии с вами разговаривают не только школьницы и продавщицы, но также двери автобусов и поездов, путеводные GPS, всевозможные службы информации и лифты. Думаю, не избежали сей участи и знаменитые японские унитазы, однако в тех номерах, где я жил, эти чудеса техники при всём обилии компьютерной начинки динамиками не обладали, а специально я подтверждения своему предположению не искал.

Номер оказался вполне пригожим для недельного постоя, правда, чуть меньше, чем я предполагал.

Во всяком случае, к занавешенному тяжелой портьерой окну я добрался через кровать. Вид из него, как вы уже поняли, меня не вдохновил, и впоследствии я занавески больше не трогал. Разве что когда открывал створку, а она пропускала внутрь свежий японский воздух утром, вечером и ночью. Охотно изменив своим привычкам, я зато не притронулся к кондиционеру.

Если вы решили последовать за мной буквально, спешу сообщить, что двухместные номера, которые я видел распахнутыми уборщицами по утрам, когда уходил на очередную прогулку, выглядели весьма просторными и комфортными.

Я же довольствовался тем, что есть, то есть малым.

Слегка напрягало отсутствие полноценного шкафа, заменённого вешалкой в стенном проёме, но пока у меня не было чемодана с вещами, я этого почти не заметил.

Белый махровый халат прилагался, крохотные тапочки тоже. Мой 46-й размер, предусмотрительно захваченный из дома, был сейчас где-то в Пекине.

В ванной меня в аккуратном строю ждали все необходимые туалетные принадлежности, среди которых я, увы, только на следующее утро заметил тюбик с пастой и зубную щётку, а потому вечером потратился на новые, о чём, разумеется, до сих пор не жалею. Особенно меня порадовали огромные банки с тремя видами шампуня, который в Европе, как вы знаете, выдаётся в виде неудобных одноразовых пакетиков, гораздо более пригодных для кетчупа и горчицы.