Второе начало волшебства

За это мы её и любили – она почти всегда выдавала правильное решение в затянувшихся дискуссиях. Но на этот раз она выглядела растерянной.

– Ваня, я не знаю. Страшно было до жути. Мы все поначалу врассыпную кинулись, а когда мертвяк тебе голову почти откусил, старшекурсники разом на него набросились. Потом Алёнка к тебе кинулась и плакать начала. Потом мы с Борькой обратно вернулись. Ты выглядел абсолютно мёртвым. Мертвее некуда.

– Но я ведь живой. Разве такое бывает?

– Никогда не слышала.

– Я тоже никогда о таком не читал нигде. Я даже как-то у Митрофана спрашивал, можно ли человека оживить. Не так, как мертвяка, а чтобы по-настоящему. Тот мне ответил, что не бывает такого. Мёртвого с той стороны не воротишь. Только оболочку.

Алёнка задумчиво посмотрела на меня.

– А я слышала. И видела.

– Не начинай, Алёнка. Это тут ни при чём.

– Как это ни при чём? Единственный случай, которому мы с тобой были свидетелями и ни при чём?!

– Тогда всё по-другому было, Алёнка.

Меня никакие некроманты не поднимали. Я же просто сам проснулся, как будто без сознания просто пролежал.

Боря и Василиса удивлённо хлопали глазами.

– Вы о чём вообще?!

Алёнка посмотрела мне в глаза.

– Мы должны им рассказать.

– Что рассказать, ребята? Выкладывайте.

Я махнул рукой и отправился поваляться на кушетке, которая стояла в углу. Шея начала ныть, поэтому я хотел немного отдохнуть перед второй половиной занятий.

– Валяй. Всё равно не поверят.

И Алёнка поведала Василисе с Борей историю нашего папки, Гордея. Как он пролежал в земле целых семь лет, а потом его некромант поднял, вместе с дюжиной других мертвяков. Как эта свара сожрала целую деревню, в которой мы жили. Как некромант сжёг корчму, в которой прятались наши соседи. Как погибла наша мама, защищая нас от двух мертвяков. И как нас спас другой зомби, почти полностью сгнивший в земле. Который в итоге оказался нашим отцом, погибшим в год моего рождения.

Тогда-то мы и увидели, что мёртвый может по-настоящему живым стать. Правда отцу нашему не повезло – на седьмой рассвет он рассыпался прахом, оставив нас с Алёнкой круглыми сиротами. За рассказом Алёнки, я и не заметил, как заснул.

Я стоял перед созданным мной треугольником и просто ждал. До тех пор, пока ритмичная вибрация не оформилась в определённый такт. Расплывчатая аномалия, висевшая прямо передо мной в воздухе, пришла в движение.