Пощекочи нервишки. Напугай меня до смерти, пожалуйста. Horror

Петр отпрыгнул от нее и выставил перед собой маску монстра, словно таким образом надеялся отогнать девушку.

Та действительно остановилась. Отдуваясь, она стала поправлять растрепанные волосы.

– А где второй?! – спросила она, когда успокоилась. – Здесь прячется?

– Какой еще второй? – сказал Петр, опуская маску монстра. – Я один!

– Тебя я видела первым. Но за тобой шел еще другой – второй.

– Ты ошибаешься, я был один. Шел за вами с полчаса по этим зарослям. Чуть лоб не разбил. – Пока Петр говорил, глаза Маши вдруг вновь округлились от ужаса.

Девушка попыталась закричать, но звуки застряли в горле. Она дрожащей рукой показала на мертвеца, который был за спиной Петра. Петр заметил, что девушка сделала испуганные глаза и показывает куда-то ему за спину. Он понял, что Маша в отместку решила его разыграть.

– Нет, у тебе не очень хорошо получается. Маш, ты извини меня, но ты плохая актриса, – сказал Петр, сминая в руках резиновую маску монстра. – Тебе уроки актерского мастерства дать?

Он подмигнул Артему, спокойно наблюдавшему за происходящим.

– Видал, твоя жена решила разыграть меня. Якобы за моей спиной кто-то стоит. Старая шутка, не куплюсь на такое!

Артем пожал плечами.

– Но за твоей спиной действительно кто-то стоит, – сказал он.

– Что?! Кто стоит?! – не понял Петя.

Он оглянулся и наткнулся взглядом на полуразложившееся лицо мертвеца.

– Аа-а-а! – вскричал Петр.

– Ра-а-ар-р-ры-ы-ы!!! – зарычал мертвец, поднимая к его горлу свои скрюченные пальцы.

Петр увернулся от них. Он с криком: «Помогите!» прыгнул за Машу, укрылся за ее спиной, а саму девушку толкнул в лапы к чудовищу.

Оказавшись в холодных объятиях мертвеца, у Маши наконец прорезался голос и она заверещала.

Мертвец был озадачен.

– Маша, не нужно так переживать, – сказал мертвец.

При звуках его голоса Маша тут же замолчала, а Петр выругался.

– Здравствуйте, Тихон, – поздоровался с мертвецом Артем.

Тихон снял резиновую маску и рассмеялся.

– Видели бы вы свои рожи! – говорил он, превозмогая хохот. – Просто умора! Особенно у Петра! Он даже спрятался за Машу.

– Ничего подобного, я сразу распознал тебя и резиновую маску, – недовольно оправдывался Петр.

Девушка стояла, задыхаясь от гнева.