Происки Чёрного древа

Три члена лунного братства под руки приволокли человека в серых одеждах с мешком для овощей на голове.

– Этот солдат поклялся в том, что скоро Сатанитовый грот окончательно падёт, – Ксимдар рывком сдёрнул мешок с головы избитого пленника. Тёмная кровь запеклась в густых чёрных волосах. Бардовый узор, нанесённый острым ножом, украшал немолодое лицо. Синяки и ссадины пестрели на скулах. Изо рта между осколками зубов тянулась перемешанная с кровью коричневая слюна. Человек низко опустил голову к покрытой серым пеплом земле.

Ксимдар, задрал лицо пленника к небу, ожесточённо вцепившись тонкими пальцами в его волосы.

– Простите меня, – невнятно прогнусавил именуемый Азурганом солдат. Ксимдар швырнул пленника к ногам Белигера.

– Много ли весят слова из уст трусливого предателя? – Ядовитое море удостоил бывшего солдата коротким презрительным взглядом, – я снова требую касту лекарей из Лунных копий снять осаду и отступить. Оставьте Сатанитовый грот в покое.

– Исключено, – весело воскликнул Ксимдар, хлопнув в ладоши, – вы тратите моё время впустую.

– Болезнь побеждена, – сжав кулаки, выпалил Белигер, – штурмом вы Сатанитовый грот не возьмёте.

– Мертвецы не сопротивляются, – звонко парировал тиорат, накинув на голову белоснежный капюшон, – я подожду, пока не сдохнет последний защитник подземного городка, а затем сожгу Сатанитовый грот. За подвиг меня возвысят до гиарха. Прощайте.

Тонкая кость, покрытая обуглившимися кусками мяса, хрустнула под ногой Ядовитого моря. Фыркнув, Белигер развернулся и широкими шагами двинулся к смотровой башне.

Солдаты последовали за ним, поливая проклятьями Азургана. «Лжецы и подхалимы», – бурчал Керисар, утопив в широких карманах трясущиеся руки. Игер помедлил над стонущим предателем. Пепел налип на испачканное кровью лицо дрожащего Азургана.

– Со смирением или с надеждой. Умирать всегда одинаково страшно и больно, – чуть слышно проронил Чёрное древо. Азурган вздрогнул, оторвав от земли искалеченное лицо. Игер встретился взглядом с тиоратом и предостерегающе добавил, – холодает.

Непонимание и тревога промелькнули в красивых голубых глазах. Ксимдар судорожно кивнул, опустив голову. Капюшон полностью скрыл чисто выбритое лицо. Ломая ногами не прогоревшие в похоронных кострах ветви и обугленные кости, оставляя глубокие следы сапог на пепельном покрывале, Игер нагнал отряд Белигера у входа в Сатанитовый грот.

Потайной ход извивался, и факел Ядовитого моря часто пропадал из виду.