Я не киллер, я – палач

 – Мы требуем расстрелять гадов, убийц!..

– Подождите, граждане! – поднял руку Сергей Иванович. – Вы что, телевизор не смотрите? В нашей стране преступников давно не расстреливают. У нас мораторий на смертную казнь…

– Отменить мораторий к такой-то матери! – закричали люди.

– Так это же не от меня зависит, граждане! Я со своей стороны сделаю все, что могу, и обещаю вам: преступники понесут заслуженное наказание. Они сядут, и надолго сядут! Уже заведено дело, ведется следствие, потом будет суд… Вы все сможете прийти на этот суд и убедиться, что их посадили!.

* * *

Год спустя Стелла ехала в кабине «большегруза» и вспоминала этот разговор. «Они сядут, и надолго сядут!.. Вы все сможете прийти на этот суд и убедиться, что их посадили!..»

– …Так что, нашли тех тварей, которые убили твою сестренку? – спросил пожилой степенный Василий, водитель, который со своим суетливым напарником Серегой регулярно заезжал к ним в кафе пообедать.

– Нашли, – нехотя ответила Стелла, сосредоточенно глядя вперед на дорогу.

– Хорошо, что нашли. И много им дали?

– Ничего не дали. Отпустили. Еще и извинились, – не удержалась Стелла от вздоха.

– Это как же так? – встрял в разговор молодой напарник Василия. – Нашли и отпустили? Так не бывает.

– Бывает, – снова вздохнула Стелла. – Те мужики оказались большими «шишками».

– Ну и что – «шишки»? Теперь что, можно девчонок убивать?! – продолжал возмущаться Серега.

– Таким все можно, – глубокомысленно изрек Василий. – Это вот ты, паря, кому-нибудь дашь в морду в запарке и сядешь на несколько лет.

– Ну, дела! – продолжал возмущаться Серега. – Ну, страна!.. Ну, ёшь твою клёшь!

– Это не страна виновата, а правительство, – глубокомысленно изрек степенный Василий, – страна тут как раз ни при чем. А вот с правителями России всю жизнь не везло. Думаешь, если бы простой народ законы писал, то они были бы такими сволочными? Нет, паря, законы пишут богатые и для богатых, и пишут, заразы, так хитро?, что на них самих они вроде как и не распространяются.

– Да, Стрелка, не повезло вам с матерью, что именно богатые дяханы Белку вашу грохнули! – вздохнул Серега. – Были бы такие работяги, как мы с Василием, гнить бы им сейчас в тюряге.

Стелла молчала. Она и сама все это понимала, не маленькая. Этой весной ей исполнилось двадцать три. А Белле в июне было бы девятнадцать.