Отпуск с ворами

Он спустился в подпол и стоял теперь перед самодельной лежанкой, на которой девушка куталась в одеяло. Он буквально пожирал ее глазами. Вытаращенные глаза, припухшие от плача губы – все это только распаляло, добавляло желания.

– Ты че… – зашептал Вован, делая короткий шаг вперед, – ты это, ништяк… Слышь?

Руки дрожали, голос тоже стал непослушным и дрожащим. Вован встал коленкой на край лежанки и потянул за край одеяла.

– Слышь, ты… это, я хороший, ты… ты не бойся. Иди сюда… пообщаемся.

Девушка держала одеяло мертвой хваткой и смотрела на парня во все глаза.

Если бы в них был страх, если бы она кричала, вырывалась, то Вован, может, и оставил свои попытки. Но девочка с развитыми не по годам формами возбуждала его.

Вован дернул одеяло, и Юля упала на руки, выпустив свою слабую защиту. Ее грудь колыхнулась в вырезе платьица, и Вован не устоял. Он опустился рядом, обхватил девочку за плечи и притянул к себе. Ее слабое сопротивление только распаляло, оно будто подсказывало, что долго это продолжаться не будет.

Он жадно хватал мокрыми губами ее шею волосы, пытался перевернуть девушку вверх лицом, чтобы найти губы, грудь.

Он и не подозревал, что слабым сопротивление было потому, что девушка находилась в состоянии психологического шока. Она ни разу в жизни не попадала в подобные ситуации, ни разу не ощущала по отношению к себе насилия, пусть это было просто унизительное отношение ровесников или взрослых, ругань за непослушание. А тут! Рефлекторно девочку обуял почти животный ужас.

А Вован уже наваливался всем телом, шарил дрожащей рукой под платьем. И тут тишину подпола разорвал нечеловеческий крик.

Монах влетел в комнату. Не увидев Вована за столом, он пошарил глазами по комнате, и его взгляд наткнулся на открытый люк подпола. С грохотом он слетел по лестнице вниз, оторвал одуревшего напарника от девочки, дважды хрястнул лицом о ступеньку лестницы и отшвырнул в сторону. Пленница отползала к стене, волоча за собой одеяло. Глаза ее были полны животного ужаса.

Ее трясло как под действием электрического тока, на губах выступила пена. Еще миг, и девушка стала биться в судорогах, закатывая глаза.

Вован, придя в себя, не успел возмутиться вмешательством напарника. Он сразу понял, что произошло что-то страшное, что может повлечь огромные неприятности и для него самого. Страх сковал его, и неизвестно чем бы все кончилось для Вована, может, такими же судорогами, если бы не опытный Монах.