Аскет. Чистилище

Оружие!

Подорвался от ручья, вертя головой на все триста шестьдесят. Подхватил трубу, и собрался было бежать обратно, к своему убежищу, но вспомнил про воду. Проклятье! Бутылка, которую я держал в левой руке, при падении разбилась. Сходили за водичкой, бляха-муха!

Обратно к убежищу я шёл вдвое медленнее, волоча за собой ящера, по весу нисколько не уступающего Молодой гончей. Почему-то я был уверен – мясо этой зверюги будет гораздо мягче и вкуснее.

Вернулся, когда уже окончательно стемнело и изрядно похолодало.

От дневной жары не осталось и следа, температура опустилась градусов до восемнадцати. Похоже, нужно искать тёплую одежду, иначе недолго и заболеть.

До комнаты добирался на ощупь, несколько раз больно саданувшись головой и коленом. Матерясь сквозь зубы, втащил тушу ящера в мастерскую, а сам пошёл в комнатку сторожа. С трудом закрыл железную дверь, заскрипевшую так громко, что у меня волосы встали дыбом. Задвинул проржавевший засов и замер, прислушиваясь к внезапно навалившейся тишине.

Где-то вдалеке раздался протяжный вой, выводя из оцепенения. Хрена с два я здесь в безопасности! Где гарантии, что здесь не бродят твари, для которых сорвать с окна решётку – разок взмахнуть когтистой лапой? А ведь им есть ради чего сюда ломиться – в соседней комнате две туши валяются, одна из которых располосована и от неё за версту несёт кровью…

Я прошёл вдоль стены к оконному проёму и осторожно выглянул наружу. Ни чёрта не видно. Вернулся к столу и схватился за рукоять воткнутого в столешницу ножа.

На душе сразу стало спокойнее. Вот сейчас возьму в другую руку трубу, и тогда, возможно, смогу немного покемарить.

Сложил один матрас пополам и прислонил к стене, а затем уселся в получившееся кресло, прихватив со стола сиденье табурета, на котором лежали остатки жареного мяса.

Медленно пережёвывая подгоревший ужин, я тупо смотрел в окно, наслаждаясь тишиной. Так, насыщаясь и заставляя свой перегруженный мозг работать, я уснул.

Из сновидений меня вырвал хлопок выстрела.

Подорвавшись, взвыл от боли – на левой ноге закусило мышцу. Чертыхаясь, стиснул зубы и стал сгибать-разгибать затёкшую ногу.

«Новобранец, отставить панику, всё под контролем!»

Голос ворона, прозвучавший у меня в голове, сработал как эмоциональная граната. Перестав дёргаться, я откинулся на спину и заскулил, тихо, протяжно. Слёзы ручьями текли по щекам, а у меня не было ни сил, ни желания их вытирать.

Не знаю, сколько это продолжалось.