Гибискусу не хватает света

– Отчет по текущей силе тяжести.

– Текущая сила тяжести – четыре целых, тридцать одна сотая метра на секунду в квадрате на один килограмм массы, Неман, – мгновенно отрапортовал голос.

Плохо, подумал человек. Видимо снова сбой в гравигенераторе. Надо бы заменить и его.

Неман задумчиво потрепал на ходу свои короткие черные волосы. Финансовые вопросы всегда напрягали его больше всего. Однако по завершении этого рейса ему должно было хватит на что-то одно из списка покупок, а на оставшиеся деньги он рассчитывал купить всякую мелочь, вроде расходных материалов и еды.

Очень кстати подвернулся заказ, который он сейчас выполнял. Приличный по своей сумме задаток был уже на его счету, что не могло не радовать.

Чуть расслабившись от этой мысли, считая в уме деньги, Неман стал поливать свой гибискус, вернувшись в рубку. Зеленый цвет растения очень успокаивал, а ухаживание за ним превратилось в ритуал, помогавший концентрироваться на будущем, отметая все несущественные преграды и мелкие проблемы.

Листья тихо шелестели, благодаря Немана за заботу.

– Пожалуйста, – ответил тот, убирая леечку на верхнюю полку. – Только представь, что когда-нибудь мы с тобой попадем домой и снова увидим небо, которое не может воспроизвести ни одна из виденных нами планет.

Неман снова мыслями витал на Земле. Последнее время его все больше беспокоила тщетность попыток прорваться на родную планету.

От сказанных слов гибискус чуть осел в своем горшке, выражая грусть.

Корабль уносился от звезды все дальше, и вот она уже была видна в иллюминатор полностью.

Ее белые протуберанцы просачивались в холодный космос как щупальца некоего космического исполина, стараясь достать что-то далекое, а потому невидимое в пространстве, рябившем от звезд.

– Она почти как Солнце. Только несколько белее. Эх. Лишь ты можешь представить, как я иногда скучаю по Солнцу. Оно совсем другое на Земле. Не такое, каким я всю жизнь видел ее с Марса.

Неман обращался к растению, но по правде говоря общался сам с собой.

Он давно привык к таким разговорам в тишине рубки, когда никто ему не отвечал. Сначала он боялся своего одиночества, но потом впитал его в себя, так же, как это сделал с космосом, сроднившись с ними обоими. Теперь разговоры с гибискусом были в порядке вещей на борту этого корабля.

В иллюминаторе начала появляться первая планета этой системы. Газовый гигант размерами меньшими, чем Юпитер, несся по своей орбите, оставляя после себя длиннющий газовый шлейф.