Гибискусу не хватает света

Он должен был быть готов к любой неожиданности, ведь и в его, и в компьютерных расчетах могли спрятаться ошибки, из-за которых в космосе обычно наступают фатальные последствия. Выйди он на пару сотен тысяч километров ближе к звезде и щиты не справятся с поступающей энергией и мгновенно перегорят. А тогда перегорит и он. Оставалось три секунды, когда в конце разноцветного туннеля появилось отчетливое бело-желтое пятно, быстро увеличивающееся в размерах.

– Сейчас будет естественное освещение, приятель, – процедил, ухмыляясь, Неман.

В тот же момент пятно поглотило корабль, и он вышел в космос. В рубке зажглась призрачным светом карта. Это компьютер уже определил примерные координаты корабля, хотя электромагнитные возмущения на таком расстоянии от звезды сильно мешали навигации.

Иллюминатор автоматически затемнился, не пропуская жгущий глаза свет звезды в рубку. Но лучи все-таки проникали внутрь, освещая собой зеленое растение с красными цветками, рождая причудливые тени на стене рубки.

Щелкнули тумблеры под пальцами Немана, ожил вспомогательный интерфейс. Уже работали силовые установки, включившие и щиты, и систему маскировки, чтобы глядящие на звезду сенсоры колонии не обнаружили темный объект на ее фоне. За выброс энергии после выхода из подпространства Неман не беспокоился. Ведь его величина была слишком мала по отношению к энергии, вырабатываемой звездой. Собственно, поэтому он и выходил из подпространства во время выполнения заказов только около звезд, хоть это и было опасно – единицы могли выполнить подобные маневры, не упав при этом на звезду.

А Неман достиг в этом элементе космического пилотажа потрясающих высот и по праву считался лучшим. Но маскировочная система все-таки один раз на пятьдесят прыжков подводила его. Неман уже пару месяцев хотел купить новую установку.

Плавным движением он наклонил штурвал, уводя корабль на более высокую орбиту, лежавшую в трех-четырех сотнях тысяч километров от орбиты точки выхода.

Двигатели работали нормально, поток радиации, проникавший через щит, лежал в допустимых пределах. Неман облегченно вздохнул.

– В этот раз мы снова в плюсе, – улыбнулся он гибискусу, купавшемуся в свете от звезды.

Даже сама рубка преобразилась от этого света. Неман любил такие моменты: когда синий, желтый или красный свет падал на пол, на стены, на приборную панель. Становилось уютно в этой железной комнате.