День рождения Алисы

– Я сам себя обидел, – заявил Громозека. – Где валерьянка? Почему этих роботов никогда нельзя послать по делу? Он ведь стоит и болтает с другими роботами-домработниками. О погоде или о футболе. И совершенно забыл, что я изнываю от жажды.

– Может быть, вам принести чаю? – спросила Алиса.

– Нет, – испуганно замахал щупальцами Громозека, – это для меня чистой воды яд!

Тут, на счастье, появился робот с большой бутылью валерьянки. Громозека налил валерьянки в стакан, одним духом выпил ее, и из ушей его пошел белый пар.

– Вот теперь лучше. Теперь я смогу выдать тебе, профессор, очень важную тайну. И пусть мне будет хуже.

– Тогда не надо выдавать, – попросил я. – Не хочу, чтобы тебе было хуже.

– Но ведь никто, кроме меня, не знает, что это тайна, – сказал Громозека.

– Вы очень странный археолог, – заметила Алиса. – Так, значит, никакой тайны нет?

– Есть тайна, – ответил Громозека. – Самая настоящая тайна, но не в том смысле, в каком вы ее понимаете.

– Громозека, – сказал я, – мы ничего не понимаем.

– Ничего не понимаем, – подтвердила Алиса.

Громозека, чтобы не тратить времени понапрасну, допил валерьянку прямо из бутылки, вздохнул так, что стекла задрожали, и рассказал нам вот что.

Археологическая экспедиция, в которой работает Громозека, прилетела на мертвую планету Колеиду. Раньше на Колеиде жили люди, но почему-то лет сто назад все они умерли. И все звери на планете умерли. И насекомые, и птицы, и рыбы. Ни одной живой души. Только развалины, ветер воет, дождь идет.

– У них была война? – спросила Алиса. – И они друг друга перебили?

– Откуда у тебя такие мысли? – удивился Громозека.

– Мы по истории Средние века проходим, – ответила Алиса.

– Нет, не было там войны, – сказал Громозека. – Если бы была такая страшная война, то и через сто лет остались бы следы.

– Но, может, у них были какие-нибудь ядовитые газы? – спросил я. – Или атомная бомба? А потом началась цепная реакция?

– Ты умный человек, – произнес Громозека, – но говоришь глупости.

Громозека покачал своей головой и так страшно сверкнул глазами, что я мельком взглянул на Алису – уж не испугалась ли она моего добрейшего друга?

Но Алиса не испугалась Громозеки. Она думала.