Вне уровней

Не знаю, сколько уходит времени на всю процедуру и чтобы заново забинтовать меня и одеть, но к концу я чувствую себя абсолютно без сил, будто занималась оказанием помощи сама. В самом конце Охотник достает из аптечки блистер с таблетками и выдавливает одну, подает мне вместе с полупустой бутылкой воды.

– Что это? – спрашиваю без особого интереса.

– Снотворное. Остаток пути проспишь, не мучаясь от дискомфорта. Дорога предстоит не самая ровная, лучше перестраховаться.

Кладу таблетку на язык и запиваю водой.

– Спасибо.

Артур отмахивается, ловко собирает все обратно в аптечку, а мусор складывает в небольшой пакет.

– Оставлю ее тут, – говорит он, запихивая белую коробку под водительское сиденье. – Если что-то будет болеть, Люк знает, что делать.

– Спасибо, – благодарю еще раз, испытывая безграничную усталость.

– Не за что, – отзывается Артур и покидает автомобиль, не потрудившись закрыть за собой дверцу.

При его появлении, Охотники оборачиваются.

Откидываюсь на спинку сиденья и скрываю зевок тыльной стороной ладони. Мысли начинают путаться, и я хмурюсь. Кажется, я зря набросилась на Кроу со своими обвинениями, которые оказались абсолютно беспочвенными.

Охотники возвращаются в машины и вновь рассаживаются по местам.

– Порядок? – первым спрашивает Хэйс.

Медленно киваю, но все же добавляю:

– Да.

– Тогда поехали, – распоряжается Мартин, так ни разу и не обернувшись.

Меня почему-то это задевает, и я поджимаю губы, ощущая, что вот-вот провалюсь в сон.

Я должна что-то сказать ему, но уплывающее сознание не дает мне этого сделать. Сама не понимаю, в какой момент отключаюсь.

Лицо полыхает, словно кожу щедро посыпали жгучим перцем, щеки нестерпимо горят, и скорее всего именно это служит причиной не особо приятного пробуждения. Медленно разлепляю веки, отяжелевшие под воздействием убойной дозы обезболивающего вперемешку со снотворным. В то же мгновение встречаюсь с прожигающим взглядом Хэйса и непроизвольно хмурюсь.

Почему он так смотрит?

– В чем дело? – спрашиваю хриплым шепотом.

В горле нестерпимая сухость, которая ползет вниз по пищеводу. Прислушиваюсь к внутренним ощущениям. Кажется, впервые за последние несколько дней у меня ничего не болит. Хотя скорее всего это все еще действует обезболивающее, а может, всему виной то, что я полулежу на сиденье, испытывая странную легкость в теле.