Своенравный подарок

 – Поможешь, Тери? Мне вечером во дворец ехать, надо определить, что с собой возьму, а что потом… перевезут.

С подругой дело пошло веселее, графиня успешно отвлекала Антонию от грустных мыслей, старательно избегая разговоров на тему свадьбы и жениха. Но Тони сама снова подняла её, всё же поинтересовавшись:

– Терес… – девушка замялась, потом продолжила. – А в городе что-нибудь говорят о моей… свадьбе?

– Вообще, нет, – посерьёзнев, ответила Тересия. – Видимо, королева пока не хочет огласки. Я тоже не болтаю, – добавила она поспешно.

– Хорошо, – кивнула Антония.

Некоторое время они молчали, продолжая укладывать вещи, потом Тони снова заговорила.

– Знаешь, мне, наверное, придётся там набирать себе фрейлин, – голос герцогини звучал тихо и печально. – Как бы мне хотелось, чтобы ты была рядом, – она выпрямилась и посмотрела на подругу.

Некоторое время они молчали, но ответить Тересия не успела: в покои Антонии заглянула леди Эстер.

– Девочки, обед на столе, спускайтесь.

– Никаких гостей не предвидится? – уточнила настороженно Тони, покосившись на мать.

Женщина улыбнулась и покачала головой. Антония демонстративно с облегчением вздохнула и направилась к двери, Тересия за ней. К сожалению, после обеда графиня Охеда ушла, и Тони снова осталась одна. Заглянула леди Эстер, спросила, что дочь собирается брать с собой во дворец сегодня вечером. Антония покосилась на довольно большую коробку, на дне которой прятался меч, и поняла, что мать точно заставит перебрать и уменьшить. Ведь всего лишь переночевать предстояло…

– Пока ещё не собрала, – натянуто улыбнувшись, ответила Антония, понимая, что придётся придумать другой план, как исхитриться и забрать с собой меч.

Без него она чувствовала себя ужасно неуютно, и даже мелькала нелепая мысль надеть перевязь завтра под платье… Останавливало одно: фасон не предполагал ничего кроме нижнего белья, слишком уж плотно наряд облегал талию и бёдра, расходясь к низу мягкими складками. Прикусив губу, Тони вынуждена была взять небольшую сумку, в которую уместились ночная рубашка, бельё на завтра и… всё.

– Антония? – снова заглянула старшая герцогиня и зашла в покои. – Милая, я хочу кое-что подарить тебе, – Тони заметила в её руках продолговатый бархатный футляр.