Искушение на грани риска

В нем предполагаются синие и фиолетовые оттенки на черном фоне. И эти опалы все из одного самородка. Они просто…

В этот момент она подняла глаза и осеклась, заметив, как смотрит на нее Финн. Волнения как не бывало – Женевьева практически ощущала, как энтузиазм покидает ее.

– Прости. Тебе, наверное, неинтересно, – произнесла она.

– Нет, не извиняйся, – ответил Финн, делая шаг к ней. – Мне нравится видеть, как загораются искорки в твоих глазах, когда ты говоришь о камнях. Твоя страсть к тому, что ты делаешь, привлекает меня к тебе больше всего, Женевьева, так было всегда.

Она покачала головой, не зная, как себя вести, как отреагировать на его слова. Конечно, ей не хватало человека, который бы разделил ее любовь к работе, и именно поэтому она скучала по работе в семейном бизнесе. Там ее окружали люди, которым одержимость минералами и камнями была понятна. И это когда-то сблизило ее с Финном – в те несколько недель он был частью ее жизни, они часто беседовали о камнях. Теперь ей было понятно, что он всего лишь пытался вытянуть из нее информацию, чтобы завладеть самым ценным семейным сокровищем.

Она отошла от Финна и махнула рукой.

– Это не имеет значения. Надеюсь, той, что ты купил эти украшения, они понравились. Они имеют для меня особое значение.

Финн склонил голову и прищурился.

– Надеюсь, их новая владелица оценит их по достоинству.

Женевьева внезапно ощутила резкий толчок в груди.

– Вне всяких сомнений. Что ж… мне пора. – Она сделала неопределенный жест, указывая на дверь, через которую ворвалась несколько минут назад, удивляясь тому, как быстро исчез подогревавший ее гнев.

Финн молча наблюдал, как гостья пятится к двери, и в уголке его рта притаилась знакомая ухмылка, заставлявшая ее испытывать дискомфорт. В его присутствии она странным образом ощущала себя раскрепощенной и в то же время смущенной, точно он видел в ней что-то такое, в существовании чего она и сама не до конца была уверена.

Положив руку на ручку двери, Женевьева помедлила – ей вдруг захотелось запереть дверь на замок и остаться с Финном.

– Позвони мне, когда снова захочешь увидеть Ноа.

На сей раз улыбка его была искренней и широкой.

– С радостью.

Всего несколько дней назад Женевьева беспокоилась относительно того, сможет ли Финн стать отцом для ее мальчика, но вчера, увидев, как он обращается с сыном, она позабыла свои тревоги. Он вел себя абсолютно естественно – возможно, потому, что во многом и сам был ребенком.