Моя сладкая заноза

– Думаю, что этому лысому крысёнку можно и всю шерсть повыдёргивать, – эльфийка поднесла руку к коту и вместо того, чтобы погладить его, щёлкнула по уху. – Отведи глаза водителю и прикрепи руну тишины, Барти, – девушка повернулась к фамильяру.

– Барти? Бартоломью? Друг ты мой старинный, но как ты тут, откуда? – кот резко поменял ипостась, вновь становясь розовым грызуном и кидаясь в объятья лиса.

– Вот теперь можно и поговорить, – устало произнесла эльфийка и белая дымка заволокла её и фамильяра.

– Беатрис, – лэрд было дёрнулся обратно, в сторону хозяйки, но цепкие руки сестры быстрой поймали беглеца.

Анастасия Селестия хлопала глазами и понимала, что перед  ней сейчас плелась магия высшего порядка.

Но как? С помощью рун или только личной магии? Этого она не поняла, зато с восхищением поглядывала на неожиданно появившегося  на месте лиса мужчину.

Чёрный фрак, лакированные ботинки, идеально зачёсанные назад волосы. Красивое утончённое лицо было гладко выбрито, а карие глаза внимательно смотрели на Анастасию.

Леди Беатрис тоже поменяла внешность, но не настолько, чтобы её рассматривать с удивлением.

Всё такое же надменное аристократичное лицо, носик стал чуть меньше, да глаза побольше. А вот их цвет не изменился, так и остался небесно-голубым. Пшеничные кудри рассыпались по плечам.

Шёлковый наряд поменялся на более откровенное платье с двумя разрезами по бокам, идущими практически от бедра.

«Эльфийская мода самая откровенная в империи», – со смесью пренебрежения и зависти подумала Анастасия Селестия. – «И ведь не стесняется. Хотя, с другой стороны, оно и к лучшему, вон как драконы быстро согласились быть охранниками. Лэрды называются, воробушки неоперившиеся. Ох, и чего это я завелась? Неужели завидую?»

– Что, сестричка, пришла доделать чёрное дело? Так имей в виду, что в моей кошачьей ипостаси сейчас  очень много магии, ещё неизвестно, кто живым из этого такси выйдет!

Несколько мгновений леди Беатрис хлопала глазами, а затем разразилась эмоциональной речью, пытаясь поймать братца.

– Да, я! Я рискую своей жизнью, спасая твою, а ты ещё смеешь мне такие слова говорить? А ну, не мешать мне своим же руками придушить неблагодарного родственника! – Беатрис отталкивала Барти, пытавшегося помешать хозяйке поймать розового грызуна.