Сорок второе августа

Каждый раз, когда ярость кипела в нем, он натягивал на лицо беззаботное выражение лица и легкую улыбку, надеясь, что та затрагивает глаза и они не отливают холодом.

Его мать никогда не кричала, казалось, она никогда не злилась. А отца у него просто не было. Знал он лишь то, что тот выпивал и был не прочь поколотить мать. Но он этого не помнит. Помнит старшая сестра и хмурится каждый раз, когда кто-то упоминает их отца, даже мимолетно.

И она совершенно не замечает, что самой присуще то за что она его так яростно ненавидит.

Когда Вениамин был маленьким то она взрывалась, вспыхивала, подобно пороху. Давала подзатыльники, не желая сил.

Он не виделся с ней уже больше десяти лет. И о жизни её практически ничего не знает, только ненавязчиво оброненные матерью фразы. У сестры было две дочери и младший сын. И всем им Вениамин искренне сочувствовал, вспоминая, как ненавидел сестру, когда она в очередной раз давала обидный подзатыльник или пощёчину.

И он с поразительным упорством пытался искоренить в себе все намеки на вспыльчивость сестры.

И теперь к нему намертво пришилась привычка, списанная у матери, улыбаться каждый раз, когда захлестывает ярость. Впрочем, это не единственная его схожесть с матерью.

Он всегда был её любимчиком из-за похожего спокойного нрава. Раньше они часто сидели на кухне за чашкой чая, ведя долгие беседы не о чем. Его мать ошиблась лишь однажды – выбрав его отца. После этого она ни разу не была в отношениях, так же как и он, не видя смысла быть с кем-то кого ты не любишь до дрожи, до готовности отдать свою жизнь.

Сестра говорила, что они оба начитались бульварных романов, а на её безымянном пальце блестело обручальное кольцо.

Его старушка мать стала причиной его глубочайшего уважения к женщина. Она прожила жизнь, посвятив её детям, оставшись верной мысли о безграничной и преданной любви. Даже, когда лежала на смертном ложе, старость приковала её к кровати, она говорила, что там, на небесах, или же в следующей жизни она встретит мужчину предназначенного ей судьбой.

Вениамин умылся, вода была такой холодной, что кожа рук покраснела, а пальцы слегка сводило.

Будь его мать жива, она бы разочаровалась в нем.

И он рад, что его бабушка не дожила до этого времени. Она была женщиной практичной, советской закалки. В молодости красива, но при этом никогда не бывшая глупышкой.

К выбору мужа она отнеслась со всей серьезностью. Выбирала едва ли не как лошадей.