Страж перевала

 – Обожаю верховую езду! Я только сменю платье…

По тому тоскливому взгляду, которым князь Райгор проводил прелестницу, я поняла – он рассчитывал, что она не пожелает отправляться на прогулку и хоть ненадолго оставит его в покое.

Я переоделась быстро, а княжну еще пришлось подождать. Право слово, за это время конюхи успели бы оседлать лошадей не только нам, но и целому отряду! Наконец княжна появилась во дворе в сопровождении своей свиты – это был настоящий цветник, красавицы всех мастей, но ни одна и в подметки не годилась княжне… Я невольно залюбовалась – это ведь суметь надо: так подобрать сопровождающих, чтобы и окружающих затмевали, и оттеняли прелесть своей повелительницы!

– Наконец-то! – произнес Райгор.

– А… – княжна огляделась в недоумении. – Только три лошади?.. А как же…

– Княжна, это же не парадный выезд, – поморщился Райгор. – Мы всего лишь прогуляемся до рощицы и обратно.

Айна, подхватив подол, подошла к своей хорошенькой белой лошадке, явно рассчитывая на то, что Райгор бросится ей на помощь.

Мой жеребец перебирал передними ногами и фыркал, вдыхая свежий ветер, и я чувствовала – ему не терпится полететь во весь опор!

– Погоди, – попросила я, наклонившись к его уху. – Мы им еще покажем, только не торопись, ладно?

Серебряный – так его называл князь Даккор, наверно, за масть, – согласно фыркнул и покорился.

Мы шагом выехали за ворота, миновали предместья, спустились с холма, на котором стоял замок, на равнину.

День выдался изумительный, по-осеннему холодный, но солнечный. Я очень давно не садилась верхом и тем более не выезжала из замка, а сейчас подо мной играл могучий конь, с деревьев осыпались золотые листья, а неяркое осеннее солнце пригревало почти по-летнему… Сейчас бы хоть на моей кобылке пуститься вскачь, она была куда как резва! А если дозваться быстроногого или, страшно сказать, далекоглядящего – кое-кому удавалось их оседлать – и ринуться вперед, чтобы ветер бил в лицо, чтобы дух захватывало от бешеной скачки… Но куда там!

Белая кобыла княжны вышагивала, будто в похоронной процессии, Айна же не желала ее подогнать.

– Альена, как только ты решилась оседлать это чудовище? – вдруг обратился он ко мне.