Моя чужая жизнь

 – Что делать?

– Расскажи ей все.

– А если моей жене станет опять плохо? – все еще не решался Кирилл и вместо того, чтобы начать свою историю, в упор смотрел на Руслана.

Эта игра взглядов надоела Лике. Она уже замерла от нетерпения, предчувствуя, что наконец-то приоткроется завеса над теми моментами, о которых она ничего не помнит, а тут сомнения мужа.

– Кирилл, – раздраженно начала она, – ты хочешь, чтобы я узнала о скандале в холле от посторонних людей? Ты уверен, что для моего сердца это самый удачный выход?

– Дорогая, не сердись, – муж бросился к ней, вернее, к телу Вероники Сергеевны.

Он стал перед кроватью на колени, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с глазами жены. – Это сложная история. Я не могу вот так, просто, вывалить ее на твое больное сердечко. Будь уверена только в одном: это происшествие не имеет к тебе никакого отношения. Тут я целиком и полностью виноват.

– Тогда тем более! – воскликнула Лика. – Чего тебе бояться?

– Я буду рядом, – сказал доктор, придвинул стул к кровати и ткнул Кирилла пальцем в спину, чтобы привлечь внимание.

 – Садись. Ты, забыл, какая у нас Вероника Сергеевна любопытная? – он шутливо ткнул Кирилла в бок.

Но Кирилл Андреевич все еще сомневался. Он сидел, опустив вниз глаза, и поглаживал ладонь Лики. Желая его поддержать, она слегка пожала прохладные пальцы. Она и сама не понимала, почему ей так важно услышать эту историю. Что-то пряталось в уголках ее памяти. Оно на секунду выныривало оттуда, а потом снова скрывалось. Это мучило Лику, мешало принять действительность.

– Хорошо, – выдавил из себя Кирилл, потом вздохнул и скороговоркой произнес, – три недели назад я сбил на дороге девушку.

Лика готова была услышать что угодно, но только не это. Она широко распахнула глаза и удивленно посмотрела на мужа. И вправду, это происшествие не имеет к ней никакого отношения, можно и успокоиться, но сердце опять сжалось, а потом выдало череду неравномерных стуков. Лика закашлялась. Кирилл испуганно бросился к ней, но его отодвинул в сторону Руслан.

Он приложил к груди девушки фонендоскоп, несколько секунд сосредоточенно слушал, потом удовлетворенно кивнул:

– Экстрасистолы были. Сейчас все нормально.

– А эти… как там ты их назвал? – Кирилл замялся, не зная, чем грозит его жене неизвестное название.

– Экстрасистолы.

– Они опасны?

– Любое нарушение ритма сердца неприятно, но не смертельно. Все в порядке, правда, Вероника Сергеевна?

– Да. Я уже в норме. Продолжай.