Дочь моего врага

Она побледнела, наклонилась к дочери и прислушалась к ее дыханию.

Игорь разозлился: что за тупая корова! Он отстегнул ремень, выгнулся дугой между сиденьями и ударил легонько девушку по щеке. Ее голова откинулась и безвольно повисла.

– Где ваш дом? – крикнул Петр. – Мы уже приехали!

– Третий с краю. Бордовые ворота, – дрожащим голосом ответила блондинка. – Лиля, дочка! Что с тобой? – Она тормошила за плечи безвольную девушку, а в голосе задрожали слезы.

Джип остановился возле высокой ограды. Петр выскочил, подбежал к воротам и нажал кнопку вызова.

– Кто вы? – услышал Игорь голос, доносившийся из динамиков.

Он выскочил из машины, запрыгнул на водительское сиденье и, как только ворота начали открываться, рванул вперед. К дому вела подъездная аллея, которая заканчивалась помпезным фонтаном у входа. На предельной скорости Чума преодолел ее, резко развернулся, раскидывая во все стороны гравий, и остановил машину прямо у крыльца, на которое уже выскочили охранники.

Он раскрыл дверь салона, забрал из рук блондинки девушку и побежал с ней к дверям.

– Откройте! – приказал он остолбеневшей от такой наглости прислуге.

– Вы куда? – кинулся к нему наперерез рослый охранник в черной форме.

– С дороги!

Парень невольно отступил. Чума ворвался в просторный холл, мгновенно оценил обстановку и кинулся к дивану.

– Что вы делаете? – бежала следом к нему блондинка. – Отдайте мою дочь!

– Где подушка? Еще несите воду, нашатырный спирт, нюхательные соли, одеколон! – Заметив, что никто не двинулся с места, он рявкнул: – Живо! Шевелитесь, коровы!

– Но, – пискнул кто-то за спиной, – у нас нет нюхательной соли.

Чума положил девушку на диван и резко обернулся. Видимо, что-то звериное было в его глазах, потому что все бросились врассыпную. И вот уже кто-то протянул ему подушку. Игорь приподнял Лилию, положил ее так, чтобы голова была запрокинута.

– Ноги поднимите!

– Зачем?

Нового окрика не понадобилось: тут же ноги девушки оказались вверху.

– Вот нашатырный спирт.

Ему сунули в руку пузырек.

– Вату дайте.

Топот ног, потом обратно. В пальцах Чума почувствовал мягкий комок. Он открыл пузырек, смочил ватный диск и осторожно протер виски девушки.